Плоть орхидеи

Я с ней еще как позабавлюсь.

Все еще улыбаясь, он медленно прошел по коридору на веранду.

Глава вторая

Прошла неделя.

Стиву она далась нелегко: пришлось и заниматься фермой, и готовить еду, и выхаживать Кэрол. Рой даже не пытался ему помочь и по большей части сидел на высокой скале над дорогой и упорно разглядывал пустую долину.

Стив догадывался, что брат боится кого-то или чего-то, и счел, что страх и нервозность отчасти объясняют его ужасное настроение. Этот вывод, судя по всему, был верным: когда без каких-либо происшествий прошло три дня, Рой стал менее нервным и враждебным и наконец прекратил следить за дорогой.

К концу недели он вел себя почти дружелюбно – ну, насколько это было возможно для такого циничного эгоиста, как он. Но Рой по-прежнему запрещал Стиву покидать Голубую гору, пока он там, и Стиву пришлось с этим смириться.

Комнату хозяина дома теперь занимала Кэрол, оба брата переместились во вторую спальню, и у Стива появились новые доказательства того, что Рою не по себе.

Тот почти не спал и ночь напролет ворочался, а когда все же отключался, то просыпался от малейшего шороха.

Кэрол же быстро поправлялась. Первые два дня своего пребывания в доме она чувствовала себя очень скверно, и Стив не отходил от нее. Но потом лихорадка прошла, рана начала затягиваться, и силы ее быстро восстанавливались.

Впрочем, память к ней так и не вернулась. Она не помнила, что с ней случилось, не помнила ни Гленвью, ни то, кто она такая. Она по-детски безоглядно доверяла Стиву, и со временем условности, принятые в общении мужчин и женщин, отошли в сторону из-за ее беспомощности, сменившись странными, близкими отношениями, которые озадачивали Стива и пробуждали в Кэрол глубокую привязанность к нему, которая постепенно переросла в любовь.

Стив всегда был застенчив с женщинами. Пока Кэрол болела, он относился к ней как к сестре (притом что родных сестер у него не было) и разрешал ее проблемы, не испытывая никаких эмоций, разве что порой – неловкость.

Но когда она начала выздоравливать и так явно давала понять, что влюблена в него, он не знал, что и делать.

Когда Кэрол встала с постели, она принялась беспомощно следовать за Стивом повсюду и не знала покоя, если он был не с ней. Теперь вся ее жизнь вращалась вокруг него.

Не зная, что творится у нее в голове, Стив предположил, что травма не только стерла ее память, но и каким-то непостижимым образом лишила ее взрослой сдержанности, наделила сознанием ребенка.