Нет орхидей для мисс Блэндиш

Райли тоже принялся жаловаться на жару.

– Знаю, знаю, – проворчал Бэйли. – Слушать-то будешь? У нас есть шанс отхватить ожерелье ценой в пятьдесят кусков. Дочка Блэндиша наденет его сегодня вечером и пойдет в «Золотую туфельку» со своим парнем – только они двое. Мне Хейни сказал. Дело верняк. Что думаешь?

– Сколько?

– Пятьдесят кусков, этот Блэндиш – миллионер. Ну как?

Райли внезапно оживился:

– Чего ж ты ждешь? Дуй сюда! Это надо обсудить. Возвращайся!

– Уже в пути, – ответил Бэйли и повесил трубку.

Он помедлил, зажигая сигарету. Руки тряслись от волнения. А Райли не такой уж размазня, как оказалось. Если все удастся – будем при деньгах!

Он быстрыми шагами вернулся к «линкольну».

Старина Сэм сонно взглянул на него.

– Проснись, болван, – сказал Бэйли. – Кое-что намечается!

2

Бэйли осторожно обошел наружный ряд столиков в главном зале «Золотой туфельки». Он был рад тусклому освещению. Анна выстирала его рубашку и почистила костюм, но он знал, что все равно похож на бродягу, и беспокоился, как бы его отсюда не вышвырнули.

В заведении толклось полно народу, ресторан явно процветал. Сотрудники были слишком заняты, чтобы обращать на него внимание. Он забрался в темный угол, откуда открывался общий вид на большой зал, и привалился к стене.

Множество голосов пытались перекричать ансамбль. Бэйли взглянул на часы – десять минут двенадцатого. Он окинул взглядом комнату: у главного входа стояли наготове три-четыре репортера с камерами и вспышками. Видимо, ждали дочку Блэндиша.

Это было вполне в духе Райли: состроить из себя большого босса, отправить его в клуб, а самому усесться вместе со Стариной Сэмом в ожидающий снаружи «линкольн». Вечно ему достается вся грязная работа! Ну ничего, когда дело дойдет до дележа добычи, он расквитается. Хватит с него Райли и Анны. На деньги с продажи бриллиантов он купит себе ферму и кур. Он парень деревенский и, если б не угодил в беду и не отсидел три года, в жизни не связался бы с Райли.

Мысли его внезапно прервал ансамбль – он затих и тут же грянул наимоднейшую версию «С днем рожденья тебя!».

«Явилась», – подумал Бэйли и приподнялся на цыпочках, чтобы хоть что-то рассмотреть над головами. Никто больше не танцевал, все смотрели в сторону входа. Фотографы толкали друг друга, соперничая за лучший ракурс.

Прожектор осветил мисс Блэндиш, следом за которой шел рослый красивый мужчина в смокинге.