Карьера убийцы

Батч выдернул несколько волосинок, торчавших из его уха.

– Сядь, – произнес он. – Я хочу кое-что сказать тебе.

– Ужин еще не готов, – напомнила она. – У меня нет времени тебя слушать.

Он с невероятным проворством вскочил с кресла, Майра не успела отпрянуть; Батч ударил ее ладонью по плечу. Он целился в голову, но промахнулся. Она упала на четвереньки и замерла. Батч наклонился к дочери.

– Чересчур много себе позволяешь, – взревел он. – Думаешь, я с тобой не справлюсь? Ошибаешься. Я ни черта не вижу, но это еще ничего не значит.

Она медленно села и нервно ощупала плечо. У Батча была тяжелая рука.

– Сдается мне, ты пошла в мать. Я за тобой давно наблюдаю. Слышу, что говорят люди. Ты уже путаешься с мужиками. Как твоя мать. Эту шлюху вечно донимал какой-то зуд. Ты выставляешь свои прелести напоказ, это до добра не доведет. Так вот, я слежу за тобой. Застукаю – пеняй на себя. Сама держись подальше от парней и не подпускай их к себе.

– Ты рехнулся! Я не встречаюсь с парнями! – выдавила из себя Майра.

Батч усмехнулся:

– Я говорю заранее. Ты созрела. Готова ко всему. Так вот, только попробуй что-нибудь выкинуть, и я с тобой разберусь всерьез.

Майра поднялась на ноги.

«Сначала застукай меня», – подумала она.

– А теперь приготовь поесть. Ты все поняла?

Она повернулась к двери, но Батч снова схватил дочь за руку.

– Все поняла?

– Конечно! – раздраженно ответила Майра.

Батч похлопал пальцами по своему широкому ремню.

– Поймаю – шкуру спущу.

Отдернув руку, она вышла из комнаты; колени ее слегка дрожали.

К дому подъехал старый автомобиль. Из него вышли трое мужчин. Майра бросилась к двери, выглянула наружу и поспешила в свою спальню. Ее глаза возбужденно вспыхнули, на губах заиграла улыбка. Приехал Герни с этим никудышным боксером. Появление Герни заставило сердце Майры затрепетать. Такой он был парень, этот Герни.

Боксер по имени Сэнки шел по тропинке, опустив голову; его большие руки висели вдоль туловища.

Троица поднялась на веранду и остановилась. Из комнаты вышел Батч. Он сказал:

– Давненько не появлялись. Как дела?

Герни сделал знак своим спутникам. Сэнки никак не отреагировал, а Хэнк еле заметно кивнул.

Батч обрадовался гостям.

– Садитесь, – сказал он.