Быстрые деньги

Сестра теперь промышляла на улицах Чикаго и в этот самый момент, вероятно, заманивала какого-нибудь пьяницу в свою квартиру, а брат отбывал двенадцатилетний срок в Форт-Ливенворте[4 - Форт-Ливенворт – военная база на северо-востоке штата Канзас, на территории которой находится одноименная федеральная тюрьма строгого режима.] за разбой. Что касается собаки, то она убежала из дому, когда пришли фэбээровцы, и с тех пор ее никто не видел.

Бэрд не хотел вспоминать, что с ними стало сейчас. Он хотел помнить только о прежних временах, когда отец еще не связался с Диллинджером[5 - Джон Диллинджер (1903–1934) – американский бандит: грабитель банков и убийца полицейских; был застрелен агентами ФБР.

Но если Олин его подозревает, значит за домом уже установлена слежка и Бэрд попадет в ловушку, как только туда сунется. Продолжая прятаться в тени, он наблюдал за подъездом. Ничего подозрительного как будто не происходило.

Прошло долгих пять минут, прежде чем он решил, что переходить улицу безопасно. Бэрд вытащил кольт из кобуры, прижал к себе и двинулся вперед. Но когда он почти уже вышел на свет уличного фонаря, то заметил какое-то движение у подъезда напротив. Он застыл, тараща глаза в темноту, и через несколько мгновений различил неясные очертания стоящего у стены человека.

Бэрд горько осклабился. Значит, Олин все-таки вышел на него и он чуть было не попался. Вполне возможно, что в его квартире засели копы, готовые стрелять, как только он откроет дверь. Он осторожно попятился и, когда дом скрылся из виду, повернулся и быстро пошел назад тем же путем, каким попал сюда.

На другом конце переулка была аптека. Бэрд распахнул дверь и направился прямиком к телефонным кабинкам. В зале никого не было, кроме молодой девушки в белом халате, сидевшей с книгой в уголке, за автоматом с газировкой.

Бэрд закрылся в кабинке и набрал номер Рико. Он должен был удостовериться, что Олин держит дом под наблюдением. Ему было невыносимо от мысли, что его мог спугнуть просто какой-то бездельник, ждавший свою девушку у подъезда. Он никогда не простит себе, если окажется, что он оставил эти фотографии, поддавшись обычной панике, хотя мог запросто перейти улицу и забрать их.