Весь этот свет

Возможно, потому, что, теряя контроль над своими чувствами, она ощущала себя слабой и уязвимой. Какова бы ни была причина, тетя Ли неизменно отказывалась говорить о том, что вызывало у нее любые эмоции, кроме злости.

Дядя Джон улыбнулся.

– Каждый раз после твоего отъезда она на целый час запирается у себя в спальне.

– Джон, – прошипела тетя Ли.

Я улыбнулся, но улыбка быстро сошла с моего лица. Свежие царапины болели, и это напомнило мне об увиденном ранее.

– Как думаете, у той девочки все хорошо?

– У дочки Кэлхунов? – спросила тетя Ли.

 – Почему тебя это волнует?

Я пожал плечами.

– Не знаю. Просто видел нечто странное, пока застрял на дереве.

– Ты застрял на дереве? – поразился дядя Джон.

Тетя Ли отмахнулась от мужа и подошла ко мне.

– Что ты видел?

– Я не уверен. Ее родители показались мне милыми людьми.

– Да, они чудо, – фыркнула тетя Ли. – В школе Мэвис была избалованной врединой. Благодаря заводу по выплавке цинка ее семья владела половиной города, но предприятие закрылось, а все его владельцы один за другим умерли от рака.

Тебе известно, что этот проклятый цинк отравил здесь все грунтовые воды? Против их семьи возбудили дело, судебный процесс был очень громкий. В итоге у Мэвис остался только этот дом. Знаешь, когда-то его называли особняком Ван Митеров, но, после того как Мэвис вышла замуж за паренька Кэлхунов, название изменили. Ван Митеров здесь все ненавидели.

– Печально, – сказал я.

– Разве? Ван Митеры отравили этот город. Половина населения борется с раком или его последствиями.

Как по мне, так это меньшее, чего заслуживала эта семейка, особенно если принять во внимание их отношение к окружающим.

– Мэвис плохо к вам относилась? – спросил я.

– Нет, но с твоей мамой и дядей Джоном она вела себя отвратительно.

Я нахмурился.

– И ее муж – начальник дяди Джона?

– Он хороший человек, – заверил меня дядя Джон, – его все любят.

– А что насчет девочки? – спросил я. Дядя понимающе улыбнулся, и я покачал головой. – Неважно.

Он мне подмигнул.

– Она хорошенькая, да?

– Неа, – я прошел мимо тети с дядей, открыл дверь в подвал и спустился по лестнице. Тетя Ли миллион раз спрашивала, не сделать ли в подвале ремонт, не купить ли новую мебель и ковер, но я приезжал к ним домой редко, так что не переживал из-за обстановки. Для меня имел значение только фотоаппарат, к тому же дядя Джон отдал мне свой старый ноутбук, чтобы я тренировался обрабатывать фотографии в графическом редакторе.