Мое прекрасное несчастье

 – Я тебе тут кое-что принес.

– Оставь на умывальнике. Я возьму.

Трэвис вошел и закрыл за собой дверь.

– Я обезумел. Я услышал, как ты высказываешь Америке, что со мной не так. И взбесился. Собирался просто выйти и развеяться. Немного выпить и все осмыслить. Сам не заметил, как набрался, и эти девушки… – замолчал он. – Утром я проснулся, а тебя нет. Я нашел тебя в кресле, а потом увидел на полу обертку, и не одну, мне стало тошно от самого себя.

– Сначала нужно было со мной поговорить, а не скупать весь магазин, чтобы задобрить меня.

– Голубка, деньги меня не волнуют. Я боялся, что ты уйдешь и перестанешь со мной общаться.

От его извинений я поморщилась. Я и не подумала о его чувствах, когда распиналась, как он мне не подходит. А теперь ситуация стала слишком запутанной, чтобы как-то спасти положение.

– Я не хотела задеть твои чувства, – сказала я, стоя под душем.

– Знаю. Теперь не имеет значения, что я скажу, ведь я все запорол… как всегда.

– Трэв?

– Да?

– Больше не води мотоцикл пьяным, хорошо?

Целую минуту он молчал, потом тяжело вздохнул и заговорил.

– Ага, хорошо, – сказал он и вышел из ванной.

Глава 5

Паркер Хейс

– Заходи, – позвала я, услышав стук в дверь. Трэвис замер на пороге.

– Ого!

Я улыбнулась и посмотрела на свое короткое платье-бюстье. Оно было намного откровеннее, чем я осмеливалась надевать раньше. Тонкий материал черного цвета поверх телесного чехла. На вечеринку придет Паркер, и мне нужно, чтобы на меня обратили внимание.

– Выглядишь потрясающе, – сказал Трэвис, когда я обулась в туфли на каблуке. Я одобрительно кивнула, глядя на его белую рубашку и джинсы.

– Ты тоже неплохо.

Рукава он подвернул выше локтя, обнажая замысловатые татуировки на предплечьях. Когда Трэвис засунул руки в карманы, на запястье я заметила его любимый напульсник из черной кожи.

В гостиной нас ждали Америка и Шепли.

– Паркер просто описается от счастья, когда тебя увидит, – захихикала Америка, и Шепли повел нас к машине.

Трэвис открыл дверь, я забралась на заднее сиденье «Чарджера». Мы сотни раз до этого сидели здесь вместе, но теперь мне почему-то было неловко.

Машины заполонили всю улицу, некоторые даже припарковались на газоне. «Дом» трещал по швам, но народ потоком стекался сюда из общаг. Шепли остановился на лужайке за домом, следом за парнями мы с Америкой направились внутрь.

Трэвис принес мне красный пластиковый стаканчик с пивом.