Дом драконов

Зверь лишь только пошаркал на своем огромном каменном насесте и покачал головой. Ну давай же. Двигайся. Если Люциан не отправится в путь в ближайшее время, он не доберется до храма до наступления темноты.

Сзади него Тихея издала странный, пронзительный звук. Она поднялась со своего насеста с жестким взмахом крыльев. Люциан следил за тем, как ее тень скользит по песчаной земле, следуя за ней до самого центра круга. Кровь отхлынула от его лица, а ноги отяжелели, когда он увидел, как Тихея уселась на каменную плиту, сложив крылья.

– Пойдем, – казалось, сказала она. – Я жду.

Она и Люциан были призваны. Был ли кто-нибудь из младших детей дома Сабель призван раньше? Возможно, ему стоило уделять больше времени изучению семейной истории и меньше ненавидеть ее.

Возможно, ему стоило запрыгнуть на спину Тихеи, сразу же после того как он отстриг свои волосы, и взлететь.

– Что? – голос Дайдо отдался слабой пощечиной. Она бросилась к нему, сжимая кулаки.

Ледяной шок, в котором пребывал Люциан, растворился.

– Ты думаешь, что я хочу этого? Что я подстригся ради забавы? – Он встретился с ней в центре арены, где она, оскалив зубы, столкнулась с ним лицом к лицу.

– Ты опозоришь нас еще больше, чем опозорил до этого!

Люциан представил себе, как драконье пламя тает на ледяных полях. Кровь дымится на снегу. На его щеках высохли слезы, стоило сестре одарить его яростным взглядом.

– Наша семья уже один большой позор, сестренка. – Люциан прищурился.

Рыкнув, она одним ударом своего кулака откинула его голову влево. Люциан встал на одно колено, его челюсть пульсировала, пока он покатывался со смеху.

– Прелестно. Поведение настоящей императрицы. – Он впился взглядом в разгневанную Дайдо. – Бери своего дракона и лети на Испытание. Я не нуждаюсь в такой чести.

– Ты не можешь отказаться, – появился запыхавшийся Гектор.

У Люциана скрутило живот. Отбор. Отказ от созыва вел к автоматической дисквалификации. Может быть, ему и следовало бы отказаться от участия – такой монстр, как он, заслуживает забвения.

Но Люциан был жалким трусом. Он стукнул кулаком по земле.

– Я был так близок, – прорычал он.

Дайдо красочно выругалась, когда Люциан встал.

– Вот.