Павлик

Игорь Сергеевич добродушно рассмеялся и аккуратно отпил чаю из своего старомодного стакана. – Ну, спасибо, на добром слове. Но это, вы сказали, если с одной точки зрения смотреть. А что, есть и другие?

Павлик глотнул кофе и поставил чашку на стол.

– Конечно. А как вы хотели-то? Точек зрения всегда много. Можно с любой посмотреть, и картинка всегда разная будет.

– Вот и посмотрите с другой, – Игорь Сергеевич снова улыбнулся, – и мне покажите.

– Ну, раз вы сами просите, – Павлик на секунду задумался.

 – Вы прямо сейчас можете все это, – он широким взмахом руки обвел кабинет, – бросить к чертовой матери и куда-нибудь свалить на пару месяцев?

Собеседник удивленно посмотрел в ответ.

– Свалить? На пару месяцев? А зачем мне, как вы выражаетесь, валить куда-то?

– Так это же я для примера просто! А куда? Да хотя бы вон на Мальдивы какие-нибудь. Танюшу прихватили, послали всех к чертовой бабушке – и в аэропорт. Там по бокалу мартини – и вперед, с песней и в шлепках!

Игорь Сергеевич расхохотался.

Отсмеявшись, он запил веселье из своего старомодного стакана.

– Нет, Павел. Так, как вы говорите, не смогу, и причин много.

– А какие? – Павлик даже подался вперед.

– Ну, во-первых, Танюша вряд ли согласится, – Игорь Сергеевич добродушно улыбнулся и подмигнул ему.

– Хм… А вы ее спрашивали когда?

– Нет, Павел, ни разу не спрашивал, – хозяин кабинета рассмеялся и покачал головой. – Боюсь, формат наших отношений такого не позволяет…

– Знаете что, – Павлик потрогал порез на щеке и слегка поморщился, – вы зря боитесь.

Я пять к одному дам, что вам только предложить нужно. А дальше – все как по накатанной: аэропорт, мартини, шлепки, Мальдивы, – он снова потянулся к своей чашке.

Игорь Сергеевич удивленно посмотрел в ответ и пожал плечами:

– А почему вы так решили, с позволения спросить? У нас с Танюшей исключительно деловые отношения, – при этом он все же несколько неуверенно помотал головой.

 – Так что это, уж извините, фантазия. Хотя, конечно, и красивая, не спорю.

– А чего мне решать? – Павлик усмехнулся и пожал плечами, – Я вижу. Когда видишь что-то, какие там решения или фантазии могут быть? Когда видишь – так это знание уже прямое, а не догадки.

– И что же вы видите? И почему я тогда ничего не вижу? – собеседник Павлика смотрел на него с веселым интересом. Разговор, похоже, занимал его все больше и больше.