Проклятое сердце

Раскат грома эхом прокатился над небольшими зданиями.

Увидев меня, Патрик попытался было слезть со своего насеста, но я махнула ему рукой, чтобы оставался на месте. Кучер был слишком медлителен, а мне нужно было как можно скорее сбежать из города.

Я забралась в карету, захлопнула дверь и заколотила в потолок, крича Патрику, чтобы он трогал в путь. Щелкнул кнут, и карета рванула вперед.

Я прижала тыльную сторону ладони к бешено колотящемуся сердцу, безуспешно пытаясь успокоить прерывистое дыхание. Из-за штормового ветра карету качало из стороны в сторону, как корабль в море.

Топот копыт стих, словно лошади остановились. Я отодвинула шторку и выглянула в окно. Мы по-прежнему мчались по темной дороге.

Тяжесть внезапно навалилась на меня, будто бархатные стены кареты начали давить на меня.

А затем я почувствовала запах корицы и специй.

Фейри, взволновавший мои мысли, появился из ниоткуда и теперь сидел на сиденье рядом со мной. На его полных губах играла довольная усмешка, а локоть упирался в окно.

– Риан? – прошептала я.

Его глаза превратились в узкие щелочки.

– Я так понимаю, ты узнала мое имя.

Глава 5

Риан барабанил пальцами по брюкам, обтягивающим его мускулистые бедра.

– Кто сказал тебе мое имя? – прорычал он.

Экипаж подпрыгивал на выбоинах и камнях, и я вцепилась в деревянный подлокотник, чтобы не свалиться на незваного гостя.

– Разве это важно?

– Мне надо знать, кого убить, – ответил Риан. Его голос прозвучал так бесстрастно, будто он обсуждал планы на вечер.

Гадалка не причинила мне вреда, и она, конечно, не заслуживала смерти из-за моего любопытства.

– Я не скажу.

– Думаю, у меня получится тебя переубедить, – сказал он, поглаживая кисточки на занавеске. Туда-сюда. Медленно и лениво. Он игрался с ними так же, как играл сейчас со мной.

Я подвинулась ближе к двери, увеличивая расстояние между нами настолько, насколько было возможно в тесной кабине экипажа.

– Ты сказал, что оставишь меня в покое. Ты пообещал.

– Разве? – Он взглянул на меня с язвительной усмешкой на губах.

Неужели это правда? Я так разволновалась, что не могла вспомнить детали.

– И, кстати говоря, свою мать я ненавижу. – Риан подпер подбородок кулаком и вытянул ноги в черных сапогах, усаживаясь поудобнее. – Попробуем еще раз. Кто назвал тебе мое имя?

Аромат корицы становился все сильнее, танцуя у меня на языке.