Билет на удачу

– Тринадцать, – оцепенело повторяю я. В горле так пересохло, что трудно говорить. Я несколько секунд молча смотрю на него, затем насколько возможно спокойным голосом спрашиваю: – Ты ведь сможешь найти билет?

Тедди огибает диван и идет ко мне, но не обычным своим гордым шагом с самодовольным видом, а как-то робко и несмело. И я только сейчас замечаю на его футболке принт: изображение трилистника с надписью «Счастливчик», напечатанной под ним блеклыми белыми буквами.

– Ты хочешь сказать…

– Нет, – поспешно отвечаю я.

Тедди шумно выдыхает, почти с облегчением на лице:

– Нет?

– То есть… да.

– Черт, Эл! Так «да» или «нет»?

Я тяжело сглатываю.

– Мне нужно убедиться. Не хочу… Не хочу зазря обнадеживать тебя. Но…

– Но?..

– Мне кажется…

– Ну?

– Похоже, мы… – Сердце бьется как сумасшедшее. – Похоже, ты выиграл.

Тедди с секунду ошалело таращится на меня, осмысливая услышанное, затем его глаза округляются.

– Да! – громко кричит он, победно выбросив вверх кулак и крутанувшись на месте юлой.

– Мне кажется…

Тедди не дает мне закончить – обхватывает меня руками, отрывает от земли и кружит. Мы оба смеемся. Обняв его за шею, я прижимаюсь лицом к «счастливой» зеленой футболке, пахнущей потом и стиральным порошком, и не обращаю внимание на головокружение.

Когда Тедди опускает меня, его глаза сияют так же, как вчерашней ночью.

– Мы правда выиграли? – тихо спрашивает он.

– С днем рождения, – улыбаюсь я.

И прежде чем я успеваю осознать происходящее, прежде чем успеваю подготовиться и запомнить выражение лица Тедди и форму его губ – то, о чем бы мне хотелось вспоминать позже, проигрывая случившееся в голове, – он наклоняется и целует меня. И все ошеломительное, свершившееся до этого: лицо Тедди рядом с моим; выигрышные числа на экране телевизора; пошатнувшийся мир при произнесенном ведущей слове «тринадцать»; размытые краски комнаты при кружении в руках Тедди, – все это ничто в сравнении с нашим поцелуем.

Мое сердце заходится, ухает вниз и взлетает вверх – так действует на него Тедди. Я и не знала, что оно может вознестись в такую высь. Даже представить этого не могла, множество раз воображая наш поцелуй.

Тедди чуть не искрит от возбуждения – он точно воздушный шарик, готовый лопнуть, или газировка, готовая пролиться пеной, – я ощущаю это в его поцелуе, в том, как он впивается в мои губы и крепко прижимает меня к себе.