Вчерашняя мышь. Сборник прозы

Я хочу верить, что помню именно свою, а не чью-то чужую жизнь, но если вы решите, что это подложка и где-то внутри скрывается террорист, который уничтожил Д-22 и вот-вот доберется до Разума, я поверю вам.

Лебедев

Никотин порядком ударил в голову. Лебедев взялся одной рукой за подбородок, а вторую положил на затылок и громко хрустнул шейным позвонком. Хотелось есть и спать.

Реальность выматывала.

Слова Ахава не вызывали никакого эмоционального отклика, пусть и должны были.

– И когда вы поняли, что собрать Ферму заново таким…

Лебедев выдохнул, потер виски пальцами.

– Собрать ее таким, скажем, специфическим способом не выйдет, вы пошли к психологу. Его имя Глеб Шульгин. Верно?

Лебедев на всякий случай заархивировал отчет о последних десяти минутах беседы.

– Да, именно так.

Лебедев хотел спросить про убийства. Мол, как вы планировали сшить все эти мозги? Но вопрос показался мерзким. Лебедев скривился. Сначала ему даже захотелось сильно ударить Ахава по лицу.

– Что с вами, комиссар?

Лебедев дал еще никотин.

– Расскажите о ваших встречах.

На сей раз промедлил Ахав. Его лицо на несколько долгих секунд сделалось похожим на жуткую восковую маску.

– Речь шла о… разделении. Шульгин велел вспоминать мою жизнь внутри Фермы. Восстанавливать все, что возможно восстановить, вытаскивать из памяти мысли, чувства, страхи и отделять свои от чужих. Как только я пойму или… заставлю себя понять, что не было никакого целого, мне станет легче, и я почувствую, что свободен.

– Получилось?

– Вспомнить – да, освободиться – нет. Я попросту не хотел освобождаться, мне не от чего. А ведь шанс был… Я имею в виду шанс на восстановление системы своими силами. Я почти все предусмотрел, но теперь меня который день держат здесь, и я не знаю, что будет дальше. Никто не отвечает на мои вопросы. Со мной никто не хотел говорить до вашего появления. Ответьте, комиссар, чего мне ждать? Я буду уничтожен или смогу продолжить работу?

Губы Лебедева помимо воли растянулись в нервной улыбке.

– Пока я ничего не могу вам ответить, Ахав. Сначала мы закончим беседу.

– Я знаю про террориста, комиссар. Шульгин поделился. И могу предположить, что вы подозреваете меня. Дело ведь не в этом генетическом мусоре, который я перебирал в поисках приличных миндалин. Дело в том, что они здесь, в М-7. Они все еще здесь. И Сингулярности страшно потерять резервный генератор.