Кино и прочее

А северные витязи могучие и непобедимые казались той подмогой, что в любой миг выручит русские полки в Диком поле. И радовало воеводу, что дочка его Настенька слюбилась с добрым молодцом – Евпатием из рода Коловратовичей. Лучшего мужа ей даже опытные свахи не смогли бы сыскать.

Тем временем схватка Евпатия с ростовским княжичем разгорелась пуще прежнего. Юноши вертелись волчками, подпрыгивали в воздух и наносили стремительные удары. Временами они казались хищными птицами, затеявшими брань в ясном небе.

Но Алеша Попович угадал – силы бойцов оказались равными. Как ни ухищрялись, как не пытались обмануть, так и не сумели достать супротивника ни палкой, ни кулаком, ни тяжелым ударом ноги.

Наконец Василий Константинович с улыбкой отбросил шест и протянул Евпатию руку:

– Давай брататься, Евпатий Коловратович!

– Будем нареченными братьями, Василий Константинович!

Побратимы обнялись.

– Верно!!!– поддержали их со всех сторон ратники.– Братья!!!

– Потешили вы нас, добры молодцы!– обнял их Попович.

В тот час, когда на дворе рязанского князя русские витязи братались, в стольном граде Киеве среди князей пошли рознь да разлад. Они собрались в хоромах великого князя киевского Мстислава Романовича из рода Мономахов и до хрипоты спорили в княжеской гриднице.

– Половцы слезы льют?!– кричал один из князей.– Память ваша, видно, с гулькин нос! Забыли уже, сколько наших слез было пролито! Да нам на руку, что табунщики перегрызлись меж собой аки псы! Кто сказал, что мунгалы сильней нас?! Покажи мне русича, отведавшего силу мунгальскую!.

– Не дело говоришь, сват!– перебил его сосед.– Сам глянь на сбегов[7 - Сбеги – беженцы (устар.).] половецких! Кого татарин не убил, того колодником сделал…

– А когда вы – черниговцы на суздальские города навалились, не так ли себя вели?! – оборвали уже его.– Сколько суздальцев колодниками сделали и продали половцам?! Сколько погостов суздальских в пепелище обратили?!

– Да суздальцам ли нас укорять?! Ваш корень хуже половецкого! За полушку удавитесь!.

– Довольно!!!– раскатился по гриднице зычный голос.

Спорщики обернулись. В дверях стоял князь киевский Мстислав Романович. Седые локоны обрамляли его иконописное лицо. Был он среднего роста, сухопарый, и при первой встрече не казался сильным вождем.