Кино и прочее

– Не того от нас в Рязани ждут,– сказал Евпатий, оглянувшись на дверь княжеской гридницы.– Не такой малой силы. Выбирайте самых отчаянных! Чтобы один десятка стоил!

Евпатий разослал дружинников во все концы города, а сам нашел княжеского тысяцкого Андрея Романова. Знали они друг друга тоже с незапамятных времен, с тех дней, когда пересеклись дороги Евпатия и его побратима – князя ростовского Василия Константиновича.

– Нет ли вестей из Рязани?– спросил он Романова.

– Не обессудь, Евпатий. Молчит Рязань,– ответил тот.

– Придет час, Андрей, и вы мои слова помянете,– вздохнул Евпатий.– Поодиночке от татарина не отбиться и не подкупить Батыгу. Он не за дарами пришел, не за данью, а за всем, что мы нажили, за всем, что нам отцы оставили. Если Рязань не отстоим, Батыга вслед за ней Владимир развалит, Суздаль, Ростов.

– Больно ты мрачен стал, Евпатий,– покачал головой Романов.

– Я с мунгалами бился, Андрей, от того и мрачен. Это несметное и злобное племя. Или мы их, или они нас! И то ведаю, что твой князь и все князья окрест думают договориться с Батыгой. Но Батыге не союзники нужны, а полоники. Одних продаст, другие кобылиц в степи пасти будут. Все это я князю твоему рассказал, но он не внял речам моим. Сидел и в бороду усмехался.

– Думы у вас разные,– начал было обеливать князя Андрей.

Но Евпатий оборвал его:

– У нас дума одна должна быть, о Руси!

– Не держи ты на нас зла,– не выбирая уже слов, искренне сказал Романов.

– Бог вам судья, Андрей,– покачал головой Коловрат.– Но помни, Рязань вы своре голодных псов на растерзание бросили.

Он развернулся резко и пошел прочь от терема княжьего. Романов хотел было остановить его, но только рукой махнул с досады.

– Как звать?– спросил Евпатий, глядя на дюжего детину.

– Прохор Ильин сын,– отозвался тот.– Пронские мы.

– Кто еще с тобой?

– Братан, Васятка,– Прохор кивнул на такого же высокого и мощного мужика.

– А что в Чернигове делали?

– Каменотесы мы, храм божий строили,– за Прохора отозвался брат.

– Копье с мечом в руках держали?– Спросил его Евпатий.

– Дело привычное,– хором отозвались братья.– Это мы завсегда можем!

– Покажи,– кивнул Евпатий.

Один из дружинников протянул Прохору меч.