Чайная роза

Джо поцеловал ее и сказал, что все в порядке. Она расслабилась. Боль не повторялась, а Джо уже был внутри ее. Ей понравилось ощущение новой близости. Она впервые почувствовала, что обладает Джо. Он совершал толчки взад-вперед, шепча имя Фионы. Ее вновь охватило желание. Фионе казалось: дальше будет еще лучше, как вдруг все кончилось. Джо застонал и вышел из нее. Он перекатился на спину; глаза закрыты; грудь тяжело вздымается. У него что-то произошло – живот Фионы был забрызган чем-то теплым. А у нее самой? И чем это он ее забрызгал?

– У тебя все хорошо? – шепотом спросила она.

Джо открыл глаза, повернулся к ней. Он улыбался:

– Не только хорошо. Потрясающе! Я чуть момент не проворонил. Еще и сейчас глаза в разные стороны глядят.

Фиона улыбнулась, радуясь тому, что Джо получил удовольствие. Когда его дыхание придет в норму, быть может, он снова ее поцелует. Ей было жарко, неуютно и беспокойно. Полежав еще немного, Джо встал и полез в брюки за носовым платком. Убрав лужицу на животе Фионы, он сложил платок и зачем-то провел у нее между ног.

– Всего капелька, – сказал Джо, разглядывая платок.

– Капелька чего?

– Крови.

– Крови? Джо, а кровь-то с чего?

– Не волнуйся, Фи. Первый раз так бывает у всех девчонок, – с видом знатока ответил Джо.

– Чё, серьезно? И когда ты успел поднатореть?

– Парни на рынке меж собой говорят, а у них все разговоры про то, как они с девчонками… – Джо подмигнул ей и снова лег. – Я как здесь работать начал, многое узнал, и не только про капусту.

Джо снова обнял Фиону. Он целовал ее губы, уши, шею, соски, похожие на бутоны розы. Когда ее дыхание сделалось шумным и жарким, он опустился ниже.

Фиона села на постели.

– Джо, не надо! – прошептала она, закрываясь от поцелуев.

Джо нежно отвел ее руки, поцеловав ладони.

– Не противься, Фиона. Тебе понравится.

Она противилась и пыталась вырвать руки, но Джо держал крепко. Он целовал ее – подумать только! – между ног.

Фионе этого вовсе не хотелось, но Джо продолжал. И не только целовал – облизывал языком. Постепенно ее возражения сменились негромкими стонами. Язык Джо познавал ее, дразнил, показывал, для чего еще предназначена эта часть его тела. Фиона повалилась на кровать. У нее не было сил сопротивляться жарким, влажным ощущениям, проносящимся по телу; сладостной дрожи, исходящей откуда-то из глубины. Теперь уже она крепко сжимала руки Джо и произносила его имя.