Шабоно. Истинное приключение в магической глуши южноамериканских джунглей

Вместо этого я собралась провести две недели в миссии. Никто, к счастью, не возражал. Напротив, все, кажется, почувствовали облегчение. Не говоря этого вслух, кое-кто из моих друзей считал, что человеку, не умеющему обращаться с ружьем, на охоте делать нечего.

Я завороженно смотрела, как прозрачная синева воздуха растворяет ночные тени. По всему небу разливался этот мягкий оттенок, выявляя очертания ветвей и листвы, качающейся на ветерке у моего окна. Одинокий крик обезьяны-ревуна был последним, что я услышала, прежде чем провалиться в глубокий сон.

– Стало быть, вы антрополог, – сказал на следующий день за ланчем отец Кориолано. – Все антропологи, которых мне доводилось видеть до сих пор, были нагружены звукозаписывающей и снимающей аппаратурой и еще Бог весть какой всячиной. – Он предложил мне еще порцию запеченной рыбы и кукурузы в тесте. – Вас интересуют индейцы?

Я объяснила ему, чем занималась в Барловенто, упомянув и те трудности, с которыми столкнулась при получении данных.

– Пока я здесь, я хотела бы увидеть несколько сеансов исцеления.

– Боюсь, что здесь вы вряд ли что-нибудь такое увидите, – сказал отец Кориолано, выбирая застрявшие в бороде крошки маниоковой лепешки. – У нас тут хорошо оборудованный диспансер. Индейцы издалека приводят сюда больных. Но я, возможно, смогу устроить вам посещение какой-нибудь деревни поблизости, где вы могли бы повидать шамана.

– Если такое возможно, я была бы вам очень признательна, – сказала я. – Не могу сказать, что я приехала сюда заниматься работой в поле, но увидеть шамана было бы интересно.

– Не очень-то вы похожи на антрополога. – Густые брови отца Кориолано поднялись и сдвинулись. – Конечно, большинство из тех, кого я встречал, были мужчины, но было и несколько женщин. – Он почесал голову. – Вы как-то не соответствуете моему представлению о женщине-антропологе.

– Не можем же мы все быть похожими друг на друга, – легким тоном сказала я, подумывая, кого это он мог встретить.

– Пожалуй, верно, – сказал он застенчиво.

Его глаза живо засветились, когда он стал подтрунивать над индейцами, ожидающими, что взрослый белый непременно должен превосходить их ростом.

– Особенно когда у них светлые волосы и голубые глаза, – сказал он. – Считается, что они-то должны быть настоящими великанами.