Темная страсть

Она поднесла трясущиеся руки к лицу и откинула волосы.

Наконец-то Аэрон смог разглядеть ее черты, а увидев, вздрогнул и напрягся. Даже перепачканное грязью и опухшее от слез, лицо было совершенным, как он и предполагал. Огромные небесно-голубые глаза, изящный нос, точеные скулы и подбородок и дивные губы в форме сердечка.

Аэрон никогда не встречал ее прежде – он бы запомнил, – но внезапно ощутил в ней что-то… неуловимо знакомое.

Неуклюже поднявшись, морщась и постанывая, девушка снова устремилась вперед.

И снова упала. С губ ее сорвался стон, но она поднялась и упрямо продолжила пробираться к крепости. Наживка она или нет, подобная решимость достойна восхищения.

Каким-то образом незнакомка ухитрилась обойти все ловушки, словно знала, где они расположены, но, споткнувшись и упав на землю в третий раз, так и осталась лежать, содрогаясь от рыданий.

Глаза Аэрона расширились, когда он внимательно рассмотрел ее спину. Красное… Неужели… кровь? Рана, судя по всему, свежая. Легкий ветерок донес запах до ноздрей Аэрона, и он ощутил на языке металлический привкус, подтвердивший его подозрения.

Да, это кровь.

Ее? Или кого-то другого?

– Аэрон. – Она больше не кричала, только плакала. – Помоги мне.

Его крылья раскрылись, прежде чем он успел хорошенько обдумать ситуацию. Вероятно, охотники ранили наживку перед тем, как послать ее в логово льва, рассчитывая вызвать у будущей жертвы сострадание. Даже если и так, Аэрон не собирался бросать раненую беззащитную девушку, хоть, скорее всего, и получит в конечном итоге стрелу или пулю в спину.

Ему не впервой. Не собирался он и позволять друзьям рисковать жизнью, чтобы спасти – или уничтожить – его маленькую гостью.

«Почему я?» – задался он вопросом, взлетая с балкона. Некоторое время он поднимался вверх, а потом ринулся вниз, выписывая в воздухе зигзаги, чтобы затруднить предполагаемому врагу прицел, однако не услышал ни свиста стрел, ни грохота выстрелов. Несмотря на это, Аэрон не стал приземляться рядом с девушкой.

Не снижая скорости, он подхватил ее на руки и взмыл ввысь.

Возможно, она боится высоты, потому и напряглась. А возможно, ожидала, что его убьют прежде, чем он успеет до нее добраться, и теперь ей просто страшно. Аэрону все равно. Он сделал то, что собирался. Он спас ее.

Незнакомка стала слабо отбиваться, бормоча сквозь боль и потрясение:

– Не трогай меня! Отпусти! Отпусти или клянусь…

– Ради всего святого, не дергайся, или я нарочно тебя уроню.