Заблудшее сердце

– Но прошло время, и я отпустила его. Я знаю, он хотел, чтобы я была счастлива, чтобы наш сын рос в радости, а не в тени умершего отца.

Это Джеймс понимал, как никто другой. В отличие от этой хрупкой женщины, отец Джеймса так и не смог найти в себе силы жить ради сына.

– Я люблю его и всегда буду любить. Поэтому я говорю вам все это. Ваша дружба для него много значила, он хотел бы, чтобы его друг жил дальше полной, счастливой жизнью. Ваша смерть не вернет его к жизни, – почти прошептала она неуверенным голосом.

Подойдя ближе, она положила свою узкую ладонь на его руку, и виконт слегка ее сжал, словно благодаря. Они молча смотрели в глаза друг другу.

Виконт не знал, что сказать, все слова застряли в горле. Он поражался силе воли этой женщины. Да, она права. Вряд ли Логан одобрил бы его нынешнее отношение к жизни, но чувство вины пожирало изнутри. Бог тому свидетель, он действительно искал гибели, но смерть, словно ловкая воровка, постоянно убегала от него.

– Спасибо, леди Бьюмонд. Эти слова многое значат для меня. Я очень виноват перед вами, – наконец, сдавленно произнес он.

– Нет, не виноваты. Я знаю, вы были как братья, и я уверена, что вы сделали все, что было в ваших силах. Пора отпустить его. Пообещайте мне! Логан хотел бы, чтобы вы были счастливы, – глядя на Джеймса, который молча уставился в пол, настойчиво произнесла она.

Шум, раздавшийся в холле, прервал их разговор, хотя и так все уже было сказано. Обменявшись понимающими взглядами, они посмотрели на вошедших дам. Кэтрин и Шейла были в бодром настроении, что могло говорить только об одном: с Эммили все в порядке. Этот факт порадовал Джеймса, отвлекая от невеселых мыслей, навеянных разговором с Фионой.

– Лорд Уэкингфилд, вы просто герой! Сейчас же рассказывайте, как вы оказались в наших краях? – в унисон спросили сестры.

– Мы все думаем, гадаем, где вы, а вы, оказывается, как истинный благородный рыцарь, спасаете прекрасных дам, – добродушно улыбнулась Кэт.

– Леди Кэтрин, вы всегда отличались чувством юмора. Какой из меня рыцарь? Сколько себя помню, меня всегда считали разбойником.

Это было сказано с явной иронией.

– К тому же мне удалось спасти только одну девушку, да и вышло это по чистой случайности. Я просто проезжал мимо.