Труллион: Аластор 2262

 – Мне чужие кошмары ни к чему, своего хватает». Все поняли, о чем он говорил. С тех пор, как пропала его малолетняя дочь, Джут охотился на мерлингов как одержимый, почти каждую ночь.

«Ну ладно, старментерами вы, олухи, быть не желаете. Кем же вы станете? – поддразнивал братьев Шайра. – Допуская, что вас не прельщает перспектива остаться прихлебателями в родном гнезде».

«Буду играть в хуссейд! – заявил Глиннес. – Не хочу рыбачить. Соскребать кауч со скал тоже не хочу». Он вспомнил отважный бежево-пунцово-черный крейсер, сбивший корабль старментеров: «А то возьму да поступлю на службу в Покров.

«Ничего не знаю про Покров, – многозначительно произнес Джут, – а насчет хуссейда могу дать пару полезных советов. Ежедневно бегай по восемь километров, чтобы не выдыхаться на поле. Тренируйся на стадионе – прыгай через купальни, пока не почувствуешь, что не упадешь в воду, даже если станешь играть с завязанными глазами. И дай покой девчонкам, а то скоро во всей префектуре не найдется девственницы для нашей команды».

«В последнем отношении имеет смысл рисковать», – заверил его Глиннес.

Глядя на Глэя, Джут нахмурил черные брови: «Ну, а ты что будешь делать? Останешься дома?»

Глэй пожал плечами: «Будь моя воля, я странствовал бы с одной планеты на другую».

Мохнатые брови Джута поднялись: «На космические путешествия нужны деньги. Где ты их возьмешь?»

«По словам Акадия, деньги можно сделать. Он побывал на двадцати двух планетах, зарабатывая в портах на жизнь и на полеты».

«Хмф. Все может быть. Не бери пример с Акадия, однако. Он ничего не привез из далеких миров, кроме бесполезной эрудиции».

Глэй слегка задумался. «Если это так, – сказал он, – а это должно быть так, потому что ты так говоришь – значит, свойственные Акадию умение ладить с людьми и обширный интеллект были приобретены здесь, на Труллионе, что только говорит в его пользу».

Джут, не относившийся к числу неспособных признавать поражение, хлопнул Глэя по спине: «В тебе он нашел надежного поклонника, это уж точно!»

«Я благодарен Акадию, – отозвался Глэй.

В голове у Шайры вечно копошились похабные мыслишки. Он лукаво пихнул Глэя локтем: «Похоже на то, что ночные похождения умудрили Глиннеса не меньше, чем тебя – нравоучения Акадия».

«Я говорю не о том».

«А о чем еще стоит говорить?»

«Что я тебе стану рассказывать? Ты без конца издеваешься – я устал от насмешек!»

«Никаких насмешек! – пообещал Шайра.