Белый Клык

Один раз, когда ссора перешла в свирепую схватку, он оказался с той стороны, где старик в силу вытекшего глаза ничего не видел, и одним рывком разодрал тому ухо. Но он недооценил волю и опыт старика. Отсутствие глаза и морда в шрамах сами по себе демонстрировали, какого рода был его многолетний опыт и жизненная мудрость. Немыслимое количество битв, в которых он участвовал и побеждал, автоматически подсказали ему, как он должен поступить в данном случае. Схватка началась точно так же, как до того начинались все схватки, начало боя было честным, но конец его оказался невиданно подл.

Никто бы не смог предвидеть её исход, если бы на сторону битого, старого вожака не встал молодой. В одно мгновение картина битвы переменилась, и двое волков как по команде остервенело накинулись на одинокого трёхлетка. Не успел он и глазом моргнуть, как свирепые клыки его безжалостных четвероногих собратеьев вонзились в него со всех сторон. Никто из них даже не вспомнил счастливые времена, когда они вместе загоняли дичь, вместе охотились, добычу, которая так сплачивала их на протяжении многих лет, когда они могли убить её только совместными усилиями, никто не вспомнил голод, который жестоко терзал их и сплачивал их не меньше, потому что давал смутную надежду на лучшие времена в будущем. Теперь всё это было сдано в архив и стало уделом жалкого прошлого. Любовь и жажда размножения теперь отодвинула всё неважное. Это было чувство гораздо более насущное, гораздо более жестокое и суровое, чем голод. К тому времени волчица, источник всех распрей, уселась неподалёку в совершеннейшем довольстве и принялась наблюдать за баталией. Судя по её поведению, было похоже, что всё происходящее ей даже нравится. Вот он, её час, пришёл, явился, так редко наступали такие сваятые мгновения, когда шесть на холке дыбом, клык попирает клык, кость рвёт, кромсает полосует податливую плоть, – и вся эта кутерьма происходит теперь только ради неё. И бедных трёхлеток, которому было невдомёк, что существуют такие жестокие нравы и огтношения, сразу поплатился за свою наивность жизнью. Его соперники недвижно замерли теперь над его бездыханным телом. Из взгляды были устремлены на улыбающуюся волчицу, недвижно сидевшую на глубоком снегу. Волчица благодарно улыбалась им. Старый волк был мудр. Он был мудр не только в битвах, но и в любовных шашнях. Юный вожак отвернул голову и стал зализывать порванное плечо. Теперь он не видел старца и легкомысленно подставил тому свой вздыбленный загривок.