Пеликан. Расплата за милосердие

Оттого время и расстояние преодолевалось труднее. Финтан вместе с прочими поднимал паруса, пытаясь выскрести хоть что-то из малейшего движения воздуха.

– Только застрять и не хватало! – под конец из сиплой глотки сорвалось нечленораздельное ругательство, а уж напоследок, подкрепив все это, смачный плевок с кровавой пеной едва было не угодил на сапог Финтана.

Рыжий Лис продолжал невозмутимо драить полы, делая вид, что вовсе не держит, словно острый нож наготове, свой чуткий слух. Он просто продолжал делать работу, насвистывая себе под нос.

– Да говорю тебе, прокляли нас! Кэп «Мэриголда», говорят, крыс выгреб, целый мот! Гнили на корабле невесть сколько времени! – грозил моряк по кличке Ржавая Борода.

Собственно, внешность кличку полностью оправдывала.

– И кто же? – спросил сиплый, утирая губы.

Его опаленные кустистые брови хмуро свелись, едва на глаза попались следы крови. Опухшие десны, мучившие уже больше недели, теперь перешли в более страшную стадию болезни. Матрос хмуро глянул за борт в поисках любого доброго знака – птицы или облака.

Но судьба была немилосердна и оставила страждущего наедине с его цингой.

– А то неясно? – злостно хмыкнул сиплый.

Так может ухмыляться лишь обреченный на гибель, снедаемый лютой ожесточенной злобой на всех, кто переживет его. Именно такими осатанелыми угольками горели глаза из-под кустистых бровей. Финтан выжал тряпку и непроизвольно так напряг мышцы, что их едва не повело судорогой.

– Будто бы в словах мразоты и крысы есть сила, – отмахнулся Ржавая Борода.

– Сукиному этому сыну надо было сперва язык вырвать! – рявкнул сиплый и вновь сплюнул.

– Не помогло бы, – подал голос Финтан.

Все разом обернулись к нему. Рыжий Лис опирался двумя руками о швабру, положив голову поверх скрещенных кистей. С прищуром глазенки поглядывали то на одного, то на другого. Пока матросы перекинулись: «Это он же?», «Он, он! Я прямо перед ним стоял, когда рубили!» – Рыжий Лис продолжил насвистывать. Сиплый был на грани. Сухому пороху достаточно искры, и свист ее высек.

Бросок был ожидаем. Швабра громко ударилась об пол, когда Рыжий Лис метнулся в сторону. Затем последовала еще одна попытка сиплого матроса напасть, еще более неуклюжая. Финтан увернулся слишком ловко, чтобы ни у кого не закралось мысли: «А не Рыжий Лис нарочно подлез к взбешенному бедолаге?» Если повнимательнее вглядеться, каким живым азартом горели зеленые глаза Макдонелла, та мысль только укреплялась.

– Не помогло бы, – повторил Финтан.