Пеликан. Месть замка Ратлин

 – Потому я прошу вас о большой чести, капитан, – при встрече с графом верните ему кольцо и передайте мою искреннюю благодарность его светлости, ведь именно благодаря его заступничеству я служу в вашей команде.

– Ты гляди, какой напористый! – насмешливо присвистнул капитан. – Уже служит у меня, проныра!

Макдонелл с широкой улыбкой развел руками.

– Я добьюсь места в вашей команде, капитан, – Финтан опустил взгляд. – Выйти в море и служить подле вас – моя мечта, ради которой я просыпаюсь по утрам и засыпаю ночью.

Френсис не таил удивления и переглянулся с Джонни.

– Польщен, – после некоторой паузы молвил Дрейк. – И от кого же ты так обо мне наслышан?

– От отца, – произнес юноша, голос почти не изменил ему, лишь едва-едва дрогнул. – Он тоже был капитаном.

– И как его имя? – спросил Френсис.

– Вы вряд ли вспомните его, если я назову, – Финтан отвел глаза.

Сердце продолжало колотиться, но уже смиряло пыл. Капитан коротко кивнул Джонни, их третьему скорее наблюдателю, нежели собеседнику. Юноша принял этот жест, коротко кивнул, коснувшись кончиками пальцев своей шляпы, и удалился прочь, оставив капитана и Финтана.

– Что ж, Шеймус, ты наглый сукин сын, и мне это нравится, – молвил капитан и кивком пригласил следовать за собой.

Они дошли до трехмачтового небольшого галеона, и Дрейк с торжествующей гордостью оглядел судно.

– Под стать Магеллану, – мечтательно протянул капитан.

С уст юноши сорвалась резкая усмешка. Имя морехода блеснуло светлой памятью о тех временах, когда душа не была разбита на части, обескровлена и наполнена едким ядом. Когда-то было такое время. Финтан ухватился за уроки истории, как за соломинку. Далекое воспоминание, но такое живое. Промасленные страницы с выцветшими чернилами так сложно разъединялись меж собой, и приходилось мусолить палец снова, чтобы листы пергамента разошлись.

– Надеюсь, что нет, – ответил Финтан, и хмурый его голос смягчился.

Как будто запах воска и старых переплетов отцовской библиотеки был здесь, подле него.

– Отчего ж? – Дрейк повел светлой бровью.

– Магеллан получил несколько гнилых корыт, – пожав плечами, ответил юноша, рассматривая фрегаты у пирса.

Они казались нереальными, просто картинками из книги, теми рисунками, которые вдохнули в него в самом детстве мечту о покорении необузданного моря.