Любовь государственной важности

Мария поднялась, ударившись коленом о ножку стола. Морщась от боли, собрала свои вещи и направилась к выходу.

– Завтра утром в то же самое время? – спросила она.

Алекс остановил ее, просто подняв руку.

– Завтра суббота. Всей делегации разрешено отдохнуть и повеселиться. Мы соберемся в понедельник.

Мария подняла бровь:

– Разве мы можем позволить себе такой перерыв?

– Если мы хотим убедить Монторо в нашей искренности и практичности, то не должны выглядеть отчаявшимися. Это Майами, Мария. Солнце, песок, шопинг.

– Я тебя не узнаю, – поддразнила она.

Алекс насмешливо улыбнулся:

– Знаешь, я умею весело проводить время.

– Ловлю тебя на слове.

Неожиданно они снова вернулись к флирту.

Алекс возился со стопкой бумаг, не глядя на Марию.

– Я когда-нибудь говорил тебе, что у меня был брат-близнец?

– Нет. Но я с удовольствием послушаю о нем…

– Он умер, когда нам было по десять лет, – сказал Алекс. – Осложнение после гриппа. Мои родители были просто раздавлены горем.

– А ты?

Алекс казался удивленным, как будто никто и никогда не интересовался его чувствами.

– Я потерял часть себя, – медленно произнес он. – Словно лишился конечности. Это было мучительно.

Мария замерла, прижимая к груди свои вещи.

– Почему ты мне это рассказываешь? – спросила она почти шепотом.

Алекс выпрямился и уверенно посмотрел ей в глаза:

– Я хочу, чтобы мы были друзьями, Мария… чтобы понимали друг друга. Ты считаешь меня трудоголиком, верно?

Она закусила губу, раздумывая над своим ответом.

– Я считаю тебя добросовестным и ответственным мужчиной.

Его задумчивое выражение тронуло ее до глубины души.

Я не всегда был приверженцем правил. Но после смерти брата я почувствовал, что должен восполнить его потерю, став безупречным во всех отношениях.

– Непростой жизненный путь.

– Да. Это так.

Он помолчал, и Мария увидела, как напряглись мышцы его шеи.

– Если я слишком давлю, говори мне об этом. С тобой и Жаном… и с делегацией.

– Это не мое дело.

– Твое.

– Это все, что тебе нужно?

Слова вырвались неожиданно для нее самой.

– Извини, – быстро сказала она. – Мне не стоило задавать такой вопрос.

– Разве ты не хочешь услышать мой ответ?

– Наверное, я должна сказать «нет».

– Никогда не считал тебя трусихой, Мария.

Она покачала головой:

– Мы далеко от дома… в необычной среде. Мы сами не свои.

– Или, возможно, мы гораздо больше похожи на самих себя здесь, чем в Алме.