Осколки

Но во рту тут же очутился самодельный кляп из скрученных кусков старой, пропахшей оружейным маслом холщовой ткани.

Они прижали меня к холодной кирпичной стене высокого постоялого двора. Один держал сзади за волосы, намотанные на его кулак, и больно оттягивал голову вниз, так что я едва могла видеть нападавших. Другой, злобно ухмыляясь, стоял в сторонке и ждал своей очереди, а Фальрик, подойдя вплотную, водил по моей шее холодным стальным стилетом, оставляя на коже неглубокие кровавые порезы.

– Рыжая, – сквозь слезы я едва могла слышать его глухой утробный голос.

 – Люблю рыжих.

– Что здесь творится? – шепнула я Белке, едва разглядев копну ее растрепанных льняных волос в общей суматохе.

– Ольха! – та радостно повисла на моей шее и чмокнула в щеку. – С днем рождения! А я тебя с утра искала, все никак найти не могла, ты где была, а?

– Гуляла, – хмуро отозвалась я и покосилась в сторону центра городской площади.

Там на круглом деревянном помосте стоял старик. На вид ему было лет шестьдесят.

Спина его сгорбилась, плечи поникли, а полуслепые прищуренные глаза все пытались разобрать что-то на небольшом кусочке пожелтевшего пергамента, что он держал в сухоньких дрожащих руках, но голос звучал твердо и громко – к сожалению, не так, чтобы до меня хоть отдаленно дошел смысл его слов.

– Ага, гуляла, как же, – подмигнула мне Белка. – Шестнадцать уже стукнуло, нашла уже кого, небось, а с подругами не делишься. Не хорошо, Ольха, колись уже, кого себе присмотрела?

– Иди ты, – беззлобно отозвалась я.

 – Самой уже семнадцать, а все ждет чего-то. Смотри: останешься старой девой, да и помрешь в одиночестве среди десятка кошек.

– Ну, мне это уж точно не светит, в отличие от некоторых.

Я вздохнула. В этом она права: Белка была самой красивой из всех местных девушек, которых я только видела, и мастерицей она тоже была на все руки – этого уж точно хватит, чтобы захомутать какого-нибудь богатенького мужичка из столицы и жить в достатке до конца своих дней.

Конечно, если он не подохнет раньше от ее скверного характера.

– Кстати, – продолжила тараторить она, – в «Улиции» сегодня будет шумно. Какая-то орава солдатиков из Провицы решила закатить гулянку, они проставляются, вот только, боюсь, места-то не всем хватит, каждый на халяву покутить охоч. Надо прям щас идти. Ты с нами?

– Нет уж, спасибо. Забыла, что случилось в прошлый раз?

Белка хмыкнула и улыбнулась.

– Такое забудешь.