Пять красных селедок. Девять погребальных ударов

Он с беззаботным видом опустошил свой стакан и с улыбкой взглянул на Уимзи. Вероятно, именно эта улыбка, а не насмешка как таковая, переполнила чашу терпения разъяренного Кэмпбелла. Бросив в адрес своего обидчика несколько достойных осуждения фраз, он выплеснул в лицо Уотерсу часть содержимого собственного стакана.

– О нет, мистер Кэмпбелл! – воскликнул Вулли Мердок, которому не нравилось, когда в его заведении возникали подобные разборки.

Но тут уже и Уотерс не остался в долгу: осыпал Кэмпбелла не менее отвратительными ругательствами, и через мгновение они, сцепившись, катались по полу среди осколков стекла и опилок.

– За это я сверну твою чересчур умную башку! – в ярости бросил Уотерс. – Грязная дворняжка с гор!

– Эй, прекращайте, Уотерс! – попытался остановить англичанина Уимзи, хватая за ворот. – Не глупите. Он же просто пьян.

– Отойди-ка, приятель, – вмешался в дело рыбак Макадам, обхватывая Кэмпбелла своими крепкими мускулистыми руками. – Негоже так себя вести.

Драчуны разошлись в стороны, тяжело дыша.

– Нет, так дело не пойдет, – произнес Уимзи. – Здесь же не Лига наций. Чума на оба ваши дома! Имейте хоть немного здравого смысла.

– Он назвал меня… – пробормотал Уотерс, отирая виски с лица. – Будь я проклят, если оставлю это безнаказанным! Пусть держится от меня подальше. Вот что я скажу. – Он гневно взглянул на Кэмпбелла.

– Всегда к твоим услугам, – не остался в долгу тот. – Я не собираюсь убегать.

– Ну-ну, джентльмены! – снова вмешался Мердок.

– Это он первый начал со своими насмешками! – заявил Кэмпбелл.

– Нет, мистер Кэмпбелл, – возразил хозяин бара. – Это вам не следовало говорить того, что вы ему сказали.

– Буду говорить все, что пожелаю!

– Только не в моем заведении!

– Буду говорить все, что захочу и где захочу, – стоял на своем Кэмпбелл. – И еще раз повторю, что он…

– Да хватит уже! – рявкнул Макадам. – Утром тебе все представится в ином свете.

– К черту! – ответил Кэмпбелл. – У меня своя машина есть. Так что доеду. Глаза б мои не глядели на ваше отвратительное сборище.

Он стремительно вышел за дверь, и в баре на мгновение воцарилась тишина.

– Ну и ну-у, – протянул Уимзи.

– Пойду-ка, пожалуй, и я подобру-поздорову, – угрюмо пробормотал Уотерс.

Уимзи и Макадам переглянулись.

– Подождите немного, – попросил Макадам.