Я тебя хочу

Да, именно так я окрестила свое пребывание в этом доме. Прямо-таки видела, как руки Михаила тянутся к моей шее, и, если бы не его брат, я бы навряд ли осталась в живых.

– А почему одна на двоих? Я и в гостиной на диванчике могу поспать, – отгородилась я креслом, ища для себя пути отступления.

– Чтобы дать вам возможность сбежать? – усмехнулся Владимир, наблюдая за тем, как Миша технично загоняет меня в угол. – В Мишиной спальне вы будете под двойным надзором.

– Уж я-то за тобой пригляжу… – многообещающе прошипел медведь и все-таки кинулся на меня.

С диким визгом я отскочила в сторону. Сама не поняла, каким чудом мне удалось достигнуть дверей и вылететь в коридор. Бежала я как в последний раз, снося на своем пути все, вся и всех. Изо всех сил пыталась быть не пойманной, но особняк знала плохо, а потому испытывала настоящие трудности по части «спрятаться и не отсвечивать». Приходилось нестись исключительно вперед, а потом по лестнице вниз.

Правда, вырваться из особняка у меня не имелось никаких шансов.

Мой потенциальный убийца не отставал ни на шаг. Кое-как я уворачивалась от его рук, но он все же загнал меня в угол. Удалось ему это сделать на кухне, где барная стойка разделяла просторное помещение на две зоны: столовую и, собственно, кухню. Поймал он меня как раз на подлете к последней, припечатав мое напряженное тельце к высокой столешнице барной стойки.

– Попалась! – нависал он надо мной, а в его глазах я видела торжество, удовлетворение от собственной победы.

– А давай что-нибудь покушаем? – посмотрела я на него умоляюще. – Я бы сейчас целого слона съела.

И действительно, за этот долгий день я так и не позавтракала, не пообедала, а время уже давно перевалило за ужин. Слава богу, что есть после шести – мое самое любимое занятие. А иначе пришлось бы ложиться спать голодной, как мне на это тонко и намекали. Но намекай не намекай, а я отлично понимала, что мужики о том, чтобы покормить свою вынужденную пленницу, даже не подумали.

– Очень кушать хочется, – добавила я несмело, видя, как едва уловимо меняется выражение лица моего визави. – Я и тебе могу что-нибудь приготовить.

– Ты? – взглянул он на меня скептично, ненамного, но все-таки увеличивая между нами расстояние, отчего дышать мне стало значительно легче.