Маркиза де Ляполь

Нужно решиться – решиться и прыгнуть в огненную бездну, встать под ледяные струи, пройти босиком по битому стеклу…

Герцог де Парион сделал шаг ко мне, подавая свою руку. Видимо, страстно желал обслюнявить мою кисть, и именно в этот момент я поняла: пора…

– Дядюшка! – вскричала восторженно, всеми силами пытаясь сохранить идиотское выражение лица.

Мужчины как – то разом отшатнулись, но в кресла не попадали. Значит, маловато.

– Как вам мой реверанс? На этот раз у меня получилось лучше? – с щенячьей любовью смотрела на благодетеля, который пребывал в немом шоке.

– Определенно лучше. – откашлявшись, улыбнулся герцог.

Вот так мужчины и дают согласие на то, о чем и не подозревают. Ну что же, карты в руки, туз в рукаве.

– Я так рада! Так рада! И Герцогу де Перион рада! – теребила подол платья, словно не знала, куда девать собственные конечности.

– Парион, – машинально поправил гость.

– Да – да, и ему тоже! – ответила, даже не посмотрев на этого… хм… Темного.

– Предлагаю присесть, – обратился благодетель, указывая мне на диванчик.

– Конечно! – подтвердила свое согласие и, изогнувшись буквой «зю», томительно медленно присела на диван.

Очень медленно. Совсем. Даже Темный прокашлялся.

Ничего… Это еще цветочки. Вы просто веников пока не видели.

Кто из нас ощущал себя большим дураком, не смогла бы сказать и потом. А мне что? Мне все равно пропадать.

– Думаю, стоит подать чаю.

Хозяин дома тренькнул колокольчиком, и на его зов явилась другая служанка. С ней мне еще не случалось сталкиваться, а потому на мое болтание ногами она отреагировала нулевой реакцией.

– Я принес изумительные пирожные из кондитерской «Гевеланш». Говорят, у них самые вкусные сладости, – как бы между прочим активизировался Темный. – Вы любите сладости, Маркиза? Думаю, вам они понравятся.

Откуда в его руках взялась коробка, перевязанная лентой, заметить не успела, но мой взгляд тут же устремился к ней, а точнее в ее нутро, что пряталось под крышкой.

Так случилось, что к сладостям я была неравнодушна с самого детства. Помню, как у мамы бессовестно обменяла любимую потрепанную куклу на три шоколадные конфетки, а потом ревела, когда кончились сладости и пришло осознание непоправимого. Мама долго пыталась забрать у меня любимицу, предлагая другие игрушки, других кукол, но все было бесполезно.