На другой стороне

– Да нет, – вздохнул Кирилл, – это же бред.

– Команда! – выкрикнул капитан Смирнов своим подчиненным. – Стройся!

Тридцать человек, в числе которых были пилоты и навигаторы, механики и инженеры и прочие члены команды, отвечающей за полёт звездолёта, выстроились в шеренгу. Капитан встал во главе и приветствовал того, кого пришествия которого космонавты ждали больше часа.

Из глубины зала ожидания на моноколесе с электроприводом приближался ряженый в длинную рясу проповедник. За проповедником, едва поспевая, со всех ног бежал худощавый юноша, служка, в таком же нелепом и не удобном одеянии и с увесистой бумажной книгой в охапку.

Проповедник приблизился к шеренге космонавтов, спрыгнул с моноколеса и отставил его в стороне, недовольно оглянувшись на своего помощника. На пухлом округлом животе, в окружении россыпи хлебных крошек, возлежало золоченое распятие, в уголках рта были видны следы шоколада, а в маленьких близоруких глазах читалась усталость с некоторой долей безразличия.

Добежав, юноша принялся устанавливать переносной, на телескопических ножах, пюпитр, и открывать книгу на нужной странице.

– Ты взял флягу? – донеслось до слуха космонавтов.

Юноша испуганно взглянул проповеднику в лицо. Он стал беспорядочно копошиться в небольшом рюкзаке, бледнея от ужаса. Наконец, он выудил пол литровую бутылку с прозрачной жидкостью.

– Это святая вода, остолоп ты этакий!

Служка, едва не выронив бутылку из рук, продолжил тщетные поиски загадочной фляги.

– Какой же ты бестолковый! – бормотал проповедник. – На тебя никогда нельзя рассчитывать!

Почти утратив надежду, юноша принялся похлопывать себя, ища, вероятно, драгоценную флягу, в карманах рясы. Наконец, его поиски увенчались успехом. Служка просиял лицом, с облегчением выдохнул и протянул найденную флягу служителю культа.

Проповедник вырвал фляжку из рук служки, с жадностью припал к сокровенному содержимому и сделал несколько глотков.

– Братья и сестры! – огласил проповедник и попытался добродушно улыбнуться. – Мы все долго ждали этот поистине священный день! День, – проповедник неслышно икнул, кашлянул в кулак и продолжил. – Этот самый день, когда отряд из бравых рабов божиих отважился покинуть родной дом. И мы поём вам во славу…

Проповедник снова отхлебнул из фляги. Его лицо немного раскраснелось, а губы растеклись в глупой бессознательной улыбке.