Зов гордости

Нет, я на самом деле считаю, что это хорошо. Учёба. Понимание того, что лежит в фундаменте. Знание о предках, их наследие, мудрость. Известно ли тебе, что я долгое время преподавал? Историю, да. Поэтому для меня всегда в радость говорить с теми, кто вкусил образования. Кто опирается на нечто большее, чем простые потребности. Прости за нескромный вопрос – ты единственный ребёнок в семье?

– Нет. Есть ещё сестра.

– Младшая?

– Нет, она старше на два года.

– Вот как? Хорошо.

– Я бы не сказал.

– Почему?

Сет замялся и молчал какое-то время, пока они шагали по тротуару.

– Понимаете, я иногда чувствую, что моя сестра важнее, чем я.

– Почему ты так решил?

– Мои родители… Знаю, что это прозвучит глупо, но иногда мне кажется, что их гораздо больше интересует Тэйри. Так её зовут – Тэйриэнна. Она первенец, с ней… как бы это сказать… Все надежды родителей, что ли. Она учится на кафедре администрирования и поэтому… ну, она – продолжательница семейных традиций. Династии. Только и слышишь за ужином: «Как твои дела, Тэйри? Что сказал профессор такой-то?».

Понимаете, она совсем недавно стала совершеннолетней, а с ней уже давным-давно разговаривают на равных.

Сет пинком отправил слипшийся комок снега из-под ног на мостовую.

– Иногда мне кажется, будто родители не замечают до сих пор, что я тоже вырос.

В голосе Бриттгерна прозвучало участие:

– Сет, возможно, ты излишне к ним строг. Кто знает, как они на самом деле к тебе относятся. В конце концов, никто не мешает продемонстрировать свою зрелость.

Только умоляю, не стоит ради этого впадать в юношеское буйство. Ну, знаешь – в приключения и попойки с друзьями. На мой взгляд, это худший способ, который убедит их скорее в обратном. Если хочешь доказать им, что достоин уважения и внимания – совершай что-то значимое.

– Что?

– Поступки. Поступки, Сет. То, за чем стоит не каприз, а осознанный выбор. Убеждения. Твёрдая платформа. То, что позволяет выйти за рамки, которыми кто-то ограничивает и направляет тебя сейчас.

– И что, например?

– Нечто значительное. Не знаешь, что именно?

Они остановились на углу квартала, под газовым фонарём, выхватывающем в освещённом круге на тротуаре серое месиво из снега, пропитанного водой. Правее, чуть поодаль от них, виднелся навес над остановкой парового трамвая, под которым угадывались редкие в это время фигуры горожан. Бриттгерн повернулся лицом к Сейтеннину, поднял руку и положил юноше на плечо.

– Сет, позволь мне быть откровенным.