Пунитаялини

Джо смотрел, как завороженный – что же снимет сейчас? Пунита повернулась кругом, и оборотилась к нему с торжествующей улыбкою. Слегка приспустила трусы на бедрах, вперившись лукаво в мужчину. (Ах, неужели. Посмотрим-посмотрим). И дернула их опять вверх, засмеявшись. Вновь провернулась, и в ходе движения молниеносно сняла бюстгальтер. Освобожденная грудь колыхнулась в сторону Джо. (Как водой плеснула. Вот она, сила искусства!) Он даже не заметил брошенный ему на колени бюстгальтер; внимание приковано к груди, – она у нее белая, вернее, белее, чем остальное тело.

(О, это от загара. А на лобке? О… И почему у женщины грудь под одеждой всегда кажется меньше, чем на самом деле? Загадка природы). Соски набухали под тяжестью мужского взгляда.

Наконец, обнаружил бюстгальтер, встал; не отрывая от Эшли глаз, кинул его на кресло. «И вот однажды он приехал в город и снял себе номер в местной забегаловке, – поет «Битлз». – Роки Ракун, заглянув в свою комнату, обнаружил лишь Библию Гидеона"*.

(Угу. Потом сходил в «Старбакс» и вернулся со сногсшибательной девчонкой).

– Теперь ты расстегни… – прошептала Эшли – Пунита – Ялини, требовательно тряхнув головой.

– Расстегни?.. – не понял, а, поняв, разом смутился Джо. – Уговора такого не было. Продолжай своё шоу.

– Тогда я одеваюсь и ухожу. Твои баксы останутся на столе в ожидании близлежащей путаны.

Вы когда-нибудь видели мужчину, который в наш век оголтелого феминизма не был бы озабочен размерами своего закадычного друга? Здесь даже самый мудрый превращается в конченного идиота.

Разумеется, кроме последнего дебила, у которого тот с бейсбольную биту; у Джо с битой не сложилось: член средних размеров, но уж очень прыткий.

– Неужели ты оставишь нас с Кроком в таком состоянии?

– В каком таком? Не вижу никакого состояния. Ты, может, ко мне совсем равнодушен? – Эшли надула глянцевые губки, целомудренно закрыла грудь растопыренными пальцами. Яростно захлопала ресницами, нагнетая слезы.

Сверкнув, наконец, влагой, крикнула: «А ну-ка, расстегнул молнию, или я пошла».

И уставилась на Джо с немою мольбой, искусительно прикусив губку. Как она была прекрасна в тот момент!

(Если сейчас уберет руки с сисек, я не выдержу. И что же сотворю? Брошусь на нее и вжарю, в смысле, – изнасилую?!)

Эшли, словно угадав, порхнула к нему, гордо сверкнув грудью и влажными глазами; руки проказницы скользили по мужскому торсу.