Я буду любить тебя вечно

Верка подскочила и с шумом хлопнула дверью, видимо, доделывать упомянутый ремонт.

– Вы – замужем? – решила поинтересоваться Марина.

– Да, но похвастаться нечем, – ответила Людмила.

Людмила полностью оправдывала свое имя – «людям милая». Настолько она была привлекательна, что сразу обращала на себя внимание. В первую очередь, необычного орехового цвета огромные глаза, такого же оттенка кудрявые волосы, красивые губы и очень женственная фигура. Она всегда казалась старше своего возраста.

– Ты же ждала кого-то необыкновенного, говорила, что с кем попало, свою судьбу связывать не станешь, – напомнила Татьяна.

– Если хочешь рассмешить Бога, расскажи о своих планах, – усмехнулась Людмила.

Птенчик тоже могла посоперничать со старшей сестрой, но в ее фигуре не было тех плавных изгибов, что имела Люда. Глаза Птенчика отличались размером, отчего она выработала привычку один глаз слегка прищуривать. Ее нос был далек от идеала, но если не анализировать каждую черту отдельно, то Танька была вполне симпатичной особой.

А учитывая ее непредсказуемость, еще и неотразимой для большинства особей противоположного пола. Все это она называла шармом, иногда намекала на наличие в ней изюминки, да не одной. Но то, что перед Птенчиком не устоял ни один мужчина, которому она перебежала дорогу, то это-факт неоспоримый.

Ирина на роль роковой красотки не претендовала и спокойно относилась к своим достоинствам и недостаткам. Хотя все признавали, что ее миниатюрная фигурка с тонкой талией вызывает тихую зависть.

– С твоей внешностью ты могла бы выбирать женихов, – глядя на сестру, сделала вывод Марина.

– Из кого? Помнишь, на дискотеку ходили? Сама видела, кто вокруг меня крутился. Выбирать не из кого.

– Людка всегда была слишком привередлива, – пояснила Танька. – И у тебя низкая самооценка, – ткнула она пальцем, украшенным маникюром, как и все остальные, в сторону красавицы.

– Зато ты – любишь всех и каждого. Наша Таня любит быть единственной. Если рядом появляется представитель противоположного пола, Птенчик трясет своими феромонами.

Лишь бы обаять, не строя при этом дальнейших планов. Ей нравился сам процесс охоты, – не осталась в долгу Людмила.

– И согласитесь, это у меня хорошо получается, – ухмыльнулась Птенчик.

Со стороны могло бы показаться, что сестры находятся в постоянном конфликте между собой, но на самом деле все было иначе. Подтрунивание друг над другом развлекало. У них не было привычки обижаться на каждое слово.