Мерзавцы

 – резко отпускаю, толкаю вперед и звонко шлепаю по заднице. – Пошла.

– Убери руки… – совсем не угрожающе выдает она. – Я не одна из этих, кому это приятно. И давай забудем про вчера. Такого больше не повторится.

– Уверна? – нагоняю, беру ее под ручку и веду между стеллажами. – И нет, не забудем. Еще немного, и сама будешь стонать мое имя и просить еще.

– Господи, какие мерзости ты говоришь, – шепчет себе под нос.

– Завелась уже, да? – спрашиваю уже на крыльце. – Держу пари, что мокрая от моих мерзостей.

– Просто давай уже поедем, – перебирает пальцами край кардигана.

– В следующий раз надень что-то другое, не эту бабкинскую кофту, ок? – подмигиваю ей и открываю дверцу, делаю приглашающий жест. – Фигурка у тебя огонь, а тряпки – отстой, все портят. Хочешь, я тебе платьишко куплю? Или косуху крутую?

– У меня нормальная одежда, – цедит она. – И я не собираюсь одеваться, как эти все…

– Это что? – она слишком сильно хлопает дверцей, и меня передергивает. Зараза. – Я слышу нотки зависти в твоем голосе? Что, Лера, хочется быть, как они, а что-то не дает?

– Не хочется, – складывает руки на груди и отворачивается к окну.

– Да нахер их, нормы эти, – смотрю на забитую лань, и мне становится ее даже немного жаль. – Руки на руле, прикури мне сигарету.

– Я не курю, – холодно говорит Лера.

– Я не предлагаю пока, – кошусь на нее. – Или я сам, но… Тогда мне придется убрать руки с руля, а скорость приличная, – вдавливаю педаль газа в пол. – Вмажемся в отбойник, и все из-за твоего дебильного упрямства.

– Да что ты за человек такой?! – взвизгивает она, вжимаясь в сиденье. – Я боюсь, сбавь скорость, пожалуйста!

– Сбавлю, – соглашаюсь с безумной улыбкой. Пульс выше ста пятидесяти, и мне кайфово, – но только после того, как ты подкуришь сигу и сделаешь пару затяжек. Иначе… Ты бы только знала, не такая, как можно разогнать эту крошку. И лучше пусть мои руки будут на руле.

– Да боже! – чуть не плачет. Или плачет. – Где твои сигареты? Зачем тебе все это, я не понимаю!

– Для веселья! – ору, перекрикивая шум ветра в ушах.

Она отрывается от сиденья и вновь вжимается в него. Боится. Во второй раз у нее выходит дотянуться до моего кармана.

– Что… что я должна делать? – трясущимися руками достает пачку.