Кластер

Может, они нашли другой выход? От этой мысли Сёме на пару секунд стало холодно внутри. Но нет, так не бывает. Нет никакого другого выхода, мы же когда-то сами проверяли.

Руся то и дело поглядывал наверх и обещал, что со стеллажей обязательно кто-нибудь будет прыгать или стрелять. Но это враки, конечно. Кто оттуда согласится прыгать-то? Высоко же очень. Да и стрелять – это залезть туда ещё надо, сесть одному и сидеть караулить. Не выглядывать, не шуршать – так и оловянные не умеют. Они же большие, и не сказать, что очень уж аккуратные.

Путь упирался в пуфик, из бойницы которого торчало пулемётное дуло. Правда, по тому, как оно уткнулось в пол, было понятно, что пулемётчиков нет, и можно, пожалуй, не бояться. Но Сёме всё равно было боязно.

Джек прижался к полу и пополз почти что на брюхе, Руся втянул шею, отчего стал похож на гармошку.

– А в кого они тут хотят стрелять? – спросил жираф. – Это в нас, да?

Сёма промолчал. Не потому что не хотел говорить, а потому что так надо. Это очень правильно – невозмутимо молчать, когда все вокруг боятся.

Главное, чтобы вот это вот «невозмутимо» получилось.

Когда они поравнялись с пуфиком, оказалось, что сразу за ним раскопан большой колодец. Плиты пола пробиты, и куда-то вглубь уходит чёрная железная труба, вокруг которой валяются какие-то то ли опилки, то ли обрывки.

Сёма пошёл в их сторону, чтобы получше разглядеть, что это там такое. Но ещё до того, как он сделал десяток шагов, вперёд выдвинулся Руся. Он склонил шею-гармошку и, казалось, приготовился сунуть её в колодец.

Но вдруг шея жирафа выпрямилась, и Руся побежал назад, лягнув Джека так, что щенок отлетел к стенке пуфика. Сёма хотел строго окрикнуть Русю – но увидел сам.

Это были настоящие мёртвые лапки и ручки. Не запасные, не ничейные, а именно мёртвые – вырванные и поломанные.

Руся жалобно блеял где-то сзади. Сёме тоже стало совсем уж не по себе. Он сразу подумал об апельсинах. Это Лара говорит, что надо думать об апельсинах – они красивые и тёплые. Такими их рисуют на картинках.

Лара даже видела, как старшие едят апельсин, но сама его тогда даже не потрогала. Странная она всё-таки. Вот Сёма бы обязательно потрогал апельсин.

Джек всё же попытался прокрасться к колодцу. Он полз, потом привставал на задние лапы и тянул шею. Голова дёргалась вперёд-назад, точно он хотел заглянуть в колодец и одновременно спрятаться от него. Так и не заглянул. Помотал башкой, взметнув висящими ушами, и отскочил.

Сёме смотреть не захотелось.