Апофеоз выбора

Успев увидеть в глазах Элмтора мелькнувший страх, с торжествующей ухмылкой рявкнул:

– Твой меч… Для меня он – не страшнее ложки!

Краем глаза Сот заметил, как в его направлении шагнул Крысий Глаз.

– Твой телохранитель соврал, потому что я не вижу Гхолала! – Сот вернул полный ненависти взгляд на Элмтора, чьи пальцы стискивали рукоять меча, но обнажать клинок воин благоразумно не спешил. – Что ты сделал с ним?!

– Разве могу я что-нибудь сделать с таким, как Гхолал? – мрачно ответил Элмтор.

Сот чувствовал, как медленно сходит с ума от безумной ярости, которую Элмтор лишь распалял, оттягивая так нужный магу ответ.

Да, теперь лишь так будут к нему обращаться – маг Сот, и это имя прогремит сначала в этом жалком мире, затем ворвется, как ураган, в Адолрон!

– Мы не уйдем, пока они не вернуться, – как издалека услышал голос, которым обратился к нему Крысий Глаз.

Сот торопливо выдохнул скопившийся в легких воздух.

– Они?

– Вместе с Гхолалом наш тыл прикрывали двое моих лучших убийц, – произнес Элмтор, – как видишь, не ты один заинтересован в том, чтобы не спешить с уходом.

Сот остывал – быстрее, чем вонзенный в снег раскаленный, только что выкованный меч.

Голосов за пределами пещеры слышал все меньше, вскоре стихло и конское ржание. Взглянув направо, Сот не успел задать вопрос – Крысий Глаз ответил на него раньше:

– Воины уходят прямо сейчас. Возможную засаду они встретят первыми – они же успеют отправить к нам гонца, который и сообщит, каким путем не стоит двигаться к убежищу в горах…

– Где твоя армия, Крысий Глаз? – перебил Сот.

– Скоро ты увидишь ее, – пообещал Крысий Глаз, – но к этому времени тебе еще многому предстоит научиться. Когда ты выйдешь перед моими воинами, я хочу, чтобы ты продемонстрировал им всю свою магическую мощь. Пусть они уверуют в победу, как святые в монастырях верят в своих богов, и без страха отправятся сокрушать войска Туггарта.

Сот разочарованно отвернулся – не такого ответа ждал.

* * * *

До самого вечера Сот пытался создать из перстня магию другой, противоположной огню стихии.

Но концентрация постоянно сбивалась на Игнис – ее лицо, испуганно-обрадованное всплывало раз за разом. Сот смахивал его в сторону, будто страницу книги, затем мысленно тушил ее пламя струей воды из перстня, представляя, как сначала в жидкость превращается рука, затем верх тела, а потом и он целиком…

Но единственная жидкость, которой Сот добился, был пот на его лбу.