Восемь виноградных косточек

Если он правильно помнил, на месте перелома должен образоваться отек, но его, к счастью, не было.

– И что теперь? – спросил Аарон.

Андервуд не говоря ни слова наклонился, нажал ручку двери так, что она съехала вбок, а следом в салон проникли типичные городские звуки – людская речь, шум проезжающих машин.

– Сделайте так, чтобы я вас больше не видел.

– Вы увидите меня по телевизору.

– Вот отсюда, – прошипел Андервуд и указал пальцем на дверь.

Стоя на тротуаре, Аарон повернулся к салону, намереваясь вбить заключительный гвоздь в самообладание начальника полиции, но не успел открыть рта, как машина тронулась с места.

Аарон улыбнулся и помахал Андервуду – семьянину, чья должность превратила его в маленького, по сути, человека, вынужденного тянуть крест.

Глава 24

    22 августа 2013 г.

Погода начала портиться ночью в субботу, словно подыгрывая очередному провалу. Поднялся ветер, запахло озоном, над озером полыхали молнии. Громыхало всю ночь, и в девять сорок утра воскресенья, когда Аарон спустился в прихожую, небеса разверзлись.

Такси оказалось новеньким Мерседесом Е200. Салон, пропитанный запахом кожи и арбузного освежителя воздуха, со всей готовностью принял его в теплые мягкие объятия. Аарон поспешно вытер с лица капли воды и сказал:

– Шоссе независимости, дом пятнадцать дробь два.

– Ага, знаю, – ответил таксист. – Северо-восточный причал.

Дождь превратился в сплошную стену воды. Ветер хлестал мокрыми волнами, рвал одежду на редких прохожих, гнул деревья. Редкие зонты не превратились под шквалом воды в черные гигантские петуньи.

Мрачная картина за окном такси стала хорошим поводом погрузиться в себя.

Как и вчера, Андервуд – вероятно, в отместку за вчерашнее унижение на пляже, как будто сцены в отеле ему было недостаточно – не оставил Марку Лаврову иного выбора, как подняться на второй этаж и передать телефон в руки Аарону.

– Опять этот тип, – прошептал он и осторожно прикрыл за собой дверь.

Андервуд говорил спокойным уставшим голосом, как после долгого и напряженного трудового дня.