ЛИМБ

Хочешь чего-нибудь выпить, Ника?

Макс утянул Лизку на танцпол, там как раз заиграл следующий трек, а меня против моей воли повели к бару.

– Слушай, я не уверена. Просто… – мямлила я по дороге. – Нам же нельзя…

– Если не собираешься ночью практиковать, то немножко можно, – усадив меня, Паша заказал у бармена два каких-то коктейля. – Тут, понимаешь, как с автомобилем: если выпил, то за руль сегодня нельзя. Но завтра уже никто тебе не запретит. Так же и с магией. Ну, за знакомство! Надеюсь, оно будет… продуктивным.

Его взгляд упал на мои колени. Я встрепенулась и нервно поправила клешённую кожаную, с металлическими заклёпками юбку. Говорила же Лизке, что надо было взять что-то поскромнее и, желательно, подлиннее! А теперь, когда я села, то вообще стало до неприличия коротко!

Кавалеру же мой прикид явно понравился, он постоянно косил на меня глаза, изучая изгибы фигуры. Дольше всего задержался на красно-чёрном в клеточку топике. Вернее, на глубоком вырезе, куда насильно надетый Лизкин супер-пуш-ап лифчик выталкивал добрую половину моей скромной груди.

Хорошо хоть от алой помады я отказалась, несмотря на протесты чародейки! А то точно была бы сейчас похожа на одну из тех, кто расклеивает объявления на столбах в центре Питера.

Чтобы скрыть волнение, я схватила со стойки свой коктейль и сделала сразу несколько больших глотков. Паша встрепенулся, его глаза отпустили меня и теперь со скукой рассматривали танцующих. Я вздохнула с облегчением. Кто бы мог подумать, что даже прохладный, почти безразличный взгляд может так испепелять.

Лизка с Максом по-настоящему «зажгли» танцпол. Отплясывали без остановки, наверное, целый час – прерывались только, чтобы сделать пару глотков воды. Паша же быстрые танцы не любил, но когда пустили «медляк», он всё же меня пригласил. Отказываться я не стала. В конце концов, может я чересчур закомплексована, и мне просто показалось, что он на меня как-то по-особому смотрит?

В его объятьях было безмятежно и легко. Движения нежные и плавные – как будто мы качаемся на поверхности воды.

Чем ближе я его ощущала, тем отчётливее он «гасил» все мои страхи и мысли, становилось тихо, словно я где-то в глухом лесу в облачную, безветренную погоду или… на старом кладбище.

Странная ассоциация, конечно, но я никак не могла от неё отделаться. Полный, нерушимый покой.

– Сколько тебе лет? – склонившись к моему уху, проговорил он низким голосом. Его рука скользнула вниз по моей талии.

– Семнадцать.