ЛИМБ

Наверное, это какая-нибудь техническая подсобка, но может хоть там мне подскажут, по адресу я пришла или нет. Моя рука коснулась старой латунной ручки, и скрипучая створка отворилась, приглашая спуститься ещё на несколько ступеней ниже. Там, в помещении, кто-то был, я почувствовала его, но перешагнуть порог не решилась.

– Здравствуйте! – крикнула я в темноту дверного проёма. – Простите, пожалуйста, за беспокойство. Я ищу институт… ЛИМБ… вы не знаете, где он?

– Ты глаза-то разуй! – раздалось мне в ответ.

Такой голос был у нашей консьержки, тёти Шуры, когда она с подозрительным прищуром допрашивала незнакомых гостей. – На табличку глянь! Что там написано?

Я отступила на шаг назад. Как же можно было не заметить! Слева от входа на мраморном сером указателе золотистыми буквами сияло выбитое: «Ленинградский Институт Моделирования Б…»

Дальше надпись обрывалась. Правый верхний гвоздик кто-то выломал, часть пятнистого камня отсутствовала, и табличка слегка накренилась вниз. Подумать только – оказывается, в культурном Питере тоже есть вандалы.

Видимо, так я и не узнаю до последнего, что именно буду здесь моделировать…

– Значит, мне сюда, – тихо выдохнула я и зашла, затворив за собой дверь.

– Пропуск есть у тебя? – вахтёрша даже внешне походила на нашу тётю Шуру. Такие же кудрявые, сильно высветленные волосы и толстые аляповатые очки-кошки на пол-лица. Будка, в которой она сидела, подсвечивалась изнутри тусклым жёлтым светом, но дальше этой «сторожки» ничего не было видно.

Коридор утопал во тьме.

– Пропуск?.. А, нет. Я новенькая.

– На курсы подготовительные не ходила, значит. Понятно, двоечница. Ла-адно, – тётка нехотя поднялась с насиженного места. – Пойдём, первый раз я тебя по своему пропуску проведу, а потом в деканате попроси выдать.

В слабом свете мелькнула белая карточка с блестящим круглым логотипом. Что там было изображено, я увидеть не успела. В темноте зажёгся зелёный огонёк, и охранница пихнула меня вперёд.

Я шагнула в бездну и тут же остановилась – так сильно вдруг заложило уши.

Будто я лечу в самолёте, который набирает высоту, или в скоростном лифте, мчащим на вершину небоскрёба. Голова закружилась. Рука попыталась нащупать стену, чтобы придержаться, но стен не было. Ни слева, ни справа.

– Ну, ну, смелее, – недовольно буркнула бабка. – Шагай. Раз, два, три. Нечего тут в коридоре задерживаться. Вдохнула, выдохнула. Слюнки сглотнула – вот и всё. Ишь, сахарная!..