Света, я вернулся!

Он всегда старался быть бесстрастным, но не в этом случае. Он не мог не думать о ней и решил для начала выяснить, кто она такая. В базе данных клиентов она значилась как Наталья Станиславовна Селиверстова, 24 лет от роду, маркетолог в одном из супермаркетов Москвы. Графы адрес в базе данных не было, так же как и семейного положения. По какой-то причине была указана дата рождения и ее сотовый телефон, но Амрит посчитал нетактичным использовать свое служебное положение, и решил лично при случае узнать: можно ли будет ей позвонить или нет.

Бархатистый, обволакивающий голос Амрита, его теплая расслабляющая энергия заставили поволноваться Наташу. Она была очарована этим мужчиной, его обходительные манеры, приятный акцент, вкупе с правильными чертами лица и телосложения ей импонировали.

Наталья стояла в душе после тренировки, теплые струи воды лились сплошным потоком по ее телу, она, задумчиво намылив пластиковую губку, пыталась сообразить: а что это было там, в зале.

– Ирка, – обратилась она к соседке в другом душевом отсеке, – а кто это ко мне подходил на занятиях?

За шумом текущей воды соседка ничего не услышала, и Наташе пришлось заглянуть за перегородку и еще раз повторить ей вопрос.

– А-а-а, это директор Центра Амрит. Он индус и ва-аще интересный мущщина, денежный, – цокнула языком Ирка, намыливая свою шикарную грудь.

– Да ладно, Ирка, перестань, я просто так спросила, – начала отнекиваться Наташа.

– Ну-ну, Наташка, видала я, как ты на него смотрела, расскажи это кому другому. Бери его за рога, он вроде холост. По крайней мере, я его ни разу с женщиной не видела, может – голубой, – захихикала Ирка.

– Да иди ты, со своими советами, сама соображу, что мне делать, – беззлобно отшила ее Наташка.

На следующее занятие Наталья пришла во всеоружии – наложен макияж, но в меру, надеты симпатичные лосины, топик, подчеркивающий и без того красивую грудь. Или, как говорят в армии – она была к бою готова!

Но он не появился, ни на этом, ни на следующем занятии, ни через неделю. Наталья ходила хмурая, жила в расстроенных чувствах, жизнь была не мила… А что еще оставалось делать? Только ждать, надеяться и верить.