S-T-I-K-S. Везунчик из Пекла, или В поисках золотой жемчужины. Книга 2

Разобрало же Ракшаса на душевные разговоры на ночь глядя. Сейчас бы спать и спать. Халк недовольно пробурчал под нос что-то про кота, и чем он занимается, когда ему делать нечего. Но товарищ не унимался.

– Этот лотерейщик был какой-то не такой, – задумчиво протянул Ракшас, глядя в потолок.

– Это ты стал бы не такой, если бы тебя Бекон не выручил, – подробности недавней схватки с заражёнными были известны даже не участвовавшим в ней бойцам. – Порвали бы тебя на ветошь, вот и вся недолга.

– Он в последний момент передумал нападать.

– Что?

– Передумал нападать, говорю, – повторил Ракшас, – я это ясно видел. Лотерейщик тормозил, когда его Бекон с ног свалил.

– Но так же не бывает, – сна у Халка не было ни в одном глазу.

– Вот же. А ещё эти бегуны. Охотиться из засады ведь не в их привычках?

– Да нет вроде.

– А эти точно где-то прятались. И пацаны, которых спасли, обмолвились, что лотерейщик, как будто управлял остальными. Наподобие стаи получается, только помельче. Веник это сворой назвал.

– Да ладно, – хлипкая раскладушка застонала под огромным телом. Халк от удивления даже привстал на локтях.

– Вот тебе и ладно, – Ракшас прихлопнул комара на лбу. – Хотелось бы найти причины такого поведения.

– Ну, допустим, то, что лотерейщик собрал бегунов в стаю и ими управлял, это как раз можно понять. И даже как-то объяснить, – в ночной тишине было отчётливо слышно, как Халк чесал в затылке. – В Улье любая небывальщина в порядке вещей. Хрен его знает, на кого ты напоролся, может новый вид.

– Согласен. По крайней мере, такую версию исключить нельзя.

– А вот со вторым моментом остаётся много непонятного, – на этих словах Халк задумался.

Ракшас его не торопил. Есть повод для размышлений. У него у самого мозги враскоряку. Нет, объяснение, конечно, было. Причём лежащее на поверхности. Не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы сложить две двойки. Задачка для младших классов. Всегда четыре получается. Что Халк и озвучил после недолгого молчания.

– Я думаю, что дело в золотой жемчужине, иных вариантов нет.

Ракшасу вдруг стало стыдно от мысли, вызванной новыми словами друга. Очень стыдно. Даже круговерть последних событий не оправдывает такой поступок. Как так-то? Рисковали вместе, а жемчужину сожрал только он один.

Ракшас соскочил со спальника, одновременно расстёгивая нагрудный карман.

– Халк, дружище, прости меня великодушно, – вымолвил он, приблизившись к товарищу. – Держи.