Тень Императора. Возрождение

– Если продадите камень и выхлопочите мне подданство, в накладе не будете, – я перевел его лесть и подкаты в деловое русло, – сколько вы с него попытались стрясти с учётом своего посредничества?

– Ваша светлость, – он деланно оскорбился, но я заметил, как забегали его глаза.

– Сколько?! – угрожающе спросил я, придвинувшись к нему ближе.

– Одиннадцать миллионов, – тут же испугался он, видимо вспомнив про вчерашнее, а ведь он сам пригласил меня в тесную карету, где если я захочу его убить, никого не будет, чтобы меня остановить, так что он правильно посчитал свою жизнь дороже денег.

– Десять мои, всё что остальное сможешь с него стрясти твоё, – от моего предложения у него глаза на лоб поехали, – смело торгуйся от моего имени, но учти, камень нужно продать, поскольку мне нужны деньги, так что не перестарайся. Ты это усёк?

Он тут же понятливо закивал головой. Слева и справа от него появились мои копии и тяжело на него взглянув, пропали. Он сглотнул и вытер платком внезапно появившийся на лбу пот.

– Выплата будет разовая и всей суммой целиком, – я вёл себя так, словно только что ничего не произошло, – также обязательное условие подданство и определённая лояльность к честному человеку. Возможно ты ещё не слышал новости, но сегодня ночью на хозяйку было совершено нападение и бандиты зверски убили её. Я успел прикончить их на месте, так что умирающая мисс Шарко оставила на меня гостиницу.

Вот тут ювелира окончательно проняло, в отличии от следователя, он не поверил ни единому моему слову и вспотел так, что пот градом покатился по его лысине.

– Какая трагедия, – прошептал он, а я просто физически ощутил, как от него запахло страхом.

– «Ещё обгадиться ему тут не хватало, – поморщился я».

– Мистер Уорен, – чтобы снизить накал страстей, я обратился к нему по имени, – я сложный и не простой человек, как вы смогли убедиться в этом сами, но я могу вас заверить в одном – те люди, с кем я веду дела, могут не опасаться за свою жизнь и жизнь своих близких.

– Более чем ваше сиятельство, – после моих слов он словно выдохнул и стал меньше, но в тоже время было видно, что самую малость он расслабился. Даже позволил себе сменить положение тела, хотя раньше сидел полностью неподвижным, как статуя.