Холодная любовь Альвы

Раздался душераздирающий рев, и из земли полезла армия гниющих мертвецов. Люди в панике начали убегать, но это было невозможно. Покойники набрасывались на них, отрывая живую плоть и съедая их заживо.

Палач хотел довести свою работу до конца и отрубить маленькой ведьме голову, посчитав, что это ее рук дело, но его топор вспыхнул синим пламенем, и он воспламенился вместе с ним.

Под крики ужаса, тяжёлым шагом на плаху поднялся некромант и подошёл к закованной девочке. Она боялась его, но не так сильно, как людей, желающих ее смерти.

– Не убивайте, господин, – взмолился тонкий дрожащий голосок. – Позвольте, я буду служить вам. Я знаю, вы – некромант, о котором ходят страшные слухи в соседних городах.

– На что ты мне? – грубым голосом говорил Геларен. – Мне осталось всего десять душ таких, как твоя, и я обрету желаемую свободу и могущество, сняв наконец проклятие мертвой королевы. Оставить тебя в живых – значит увеличить время моих скитаний.

– Всего одна душа… – продолжала девочка. – Её можно найти где угодно, но взамен я буду верным вашим последователем, а научившись, стану достойным союзником.

Слова смелой девочки заставили задуматься некроманта. Он вспомнил свою дочь, которую он убил не дав выбора. Геларен впервые решил дать человеку шанс.

– Разгадай загадку, – сказал он, – и я оставлю тебя в живых. А дальше, если ты осилишь путешествие, то сможешь двигаться со мной.

– Я готова, господин, мне терять нечего.

– Ошибаешься, – добавил некромант. – Лучше умереть, чем потерять свою душу!

Итак, слушай: один человек жил возле большой скалы, но эта скала его всегда раздражала. Настолько, что он не мог нормально спать, охотиться, выращивать овощи. Но каждый день он ходил к её подножию, чтобы принять пищу. Так ответь мне, почему он это делал?

Геларен рассчитывал, что девочка никогда не отгадает эту загадку. Она была придумана сотни лет назад, и про нее не мог помнить ни один из ныне живущих людей.

Он думал, что, дав ей шанс, он освободит себя от страдания на этот раз, когда лишит ее жизни.

– Это не сложно, господин, – немного подумав, ответила она. – Я считаю, он ходил туда только потому, что возле подножия было единственное место, где скалу невозможно увидеть целиком, и тогда получалось на время забыть о ее существовании.

Железные оковы заскрипели и рассыпались в прах.