Альфонс Алёша

Я ведь, получается, твоя… пратёща?

Раз уж пошла тема друг друга перебивать, то и Лёша не остался в долгу.

– Не переживайте, всё будет хорошо, вопрос мной изучен. Через два дня мы уже точно от вас съедем, – и он встал, намереваясь выйти из комнаты, но не успел.

– Ну-ка, попробуй, заплачь. – Евдоксия Ардалионовна положила Лёше на плечо свою сухую руку.

– Зачем? – нервно усмехнулся празять.

– Это может тебе пригодиться.

– Но я не умею плакать по щелчку! – возмутился Лёша, слегка теряя терпение.

– Любой тупой футболист может заплакать по щелчку, – возразила пратёща.

 – Чем ты хуже?

– Ну, футболисты, наверное, плачут от боли? – ответил Лёша, невольно стараясь высвободиться.

Евдоксия Ардалионовна отпустила его, но только затем, чтоб вооружиться старинной увесистой тростью.

Катя открыла глаза. Почудилось, что ли?

– Ай! – донеслось из-за стены.

Нет, не почудилось.

– Ай! Что вы делаете?!

Катя вскочила и кинулась в комнату бабушки. Ворвавшись, она увидела более чем странную картину.

Лёша щемился в углу, а пратёща замахивалась на него тростью, целясь по коленям:

– Покажи мне эмоцию! Смотри! Смотри, как я! Дощщь!

– Катя, сделай что-нибудь! – взмолился Лёша.

– Бабушка! – закричала Катя. – Что ты делаешь? Лёша, почему бабушка плачет?

– А, Катенька! – откликнулась Евдоксия Ардалионовна самым беспечным тоном. – Мы репетируем. Кажется, твой Алёша недостаточно мотивирован, чтоб съехать от меня. Не верю!

Мэрия

По регламенту на это требуется месяц, но вам по дружбе почему бы не сделать за час? Там делов-то… Тут надо через МФЦ подавать заявление на имярека, но вам всё решат по телефонному звонку без пустых брожений, и в очереди стоять не потребуется.

Этой силой в России двигаются горы, и имя ей «блат». Нет такого вопроса, которого не решат хорошие люди для хороших людей. То есть, всё могут сделать, когда захотят, но делают это как можно реже, ведь иначе пропадёт весь смысл блата.

Всё прошло как по маслу.

К назначенному часу явилась паспортистка. Евдоксия Ардалионовна для порядка поворчала, но зарегистрировала на своей жилплощади одним махом пять душ. Пошутили о том, сколько бы Ромашкиным пришлось ждать, если бы не свои люди. Высохли чернила новых штампов, и, вдохновлённый взятым темпом, Лёша рванул в мэрию, рассчитывая закрыть вопрос одним рабочим днём.

– А вам квартира не полагается, – сказала девушка с глазами как у лани, подняв их от Лёшиных документов.