Место действия – Земля. Книга 2

Умение руководить людьми предполагает управление своим организмом, включая головной мозг, который и пробуждается в заданное время. Годы учёбы в Академии и богатая практика после, развили заложенные в каждом, но реализуемые одиночками, способности. В том числе, стратегическое мышление.

В чём беда Манштейна, – обращается Марк в пространство – он стратег! Придумал уничтожить Курский выступ и вперёд. Но тактика требует, чтобы его войска думали, как он. А войска – люди, они жить хотят. Поэтому мы сильнее, что жизнь без победы не представляем.

Колебания воздуха, которые и есть звук, характеризуются многими параметрами: мощность; частота; бас; а капелла, визг – но главный показатель звука человеческой речи – слышимость. Когда говорит Марк, его слушают. Кто с интересом, кто жадно внимает, а Валера с завистью.

– Слабость твоего Манштейна в том, что много на себя берёт. А случись у него понос, и войско без командира. Вот насчёт общего желания победить, ты прав. Оно здесь, под Курском впервые пересилило «выжить».

– Вы оба правы, – это Николай, «за ценой не постоим!».

– Товарищи дорогие – Сахно говорит с придыханием – я на фронте с 41-го, а первый раз под умный разговор просыпаюсь. А то всё «Тревога», «Немцы» или просто стрельба. Можно перерыв сделать, я по-маленькому, быстро!

Дружный хохот подтвердил общность желаний.

Удобства находились во дворе, в ровике, поэтому утренняя гигиена заняла определённое время.

Завтракали тушёнкой с сухарями, продолжая начатую спросонья конференцию. Скептически настроенный Сахно завтракал в охранении, отправив Гришу в ДЗОТ кушать и умных людей слушать.

Примечание. Фельдмаршал Эрих фон Манштейн реально был больше стратегом, чем тактиком. Поэтому стратегическая ошибка оказалась фатальной и притащила тактические. Манштейн не учёл, что только великие цели порождают общность людей, он же собирался только укусить Советский Союз за Красную Армию, уже не мечтая его уничтожить.

В первые трое суток наступления немцы ещё не распылили свою мощь, и вера войск в победу не была утрачена. Однако командиры допустили ряд ошибок при планировании мощного танкового тарана в реальных условиях передовой. Прусская гордыня и личные счёты привели бригаду «пантер» на неудачно выбранный участок местности, где она должна была наносить удар.