Воин перехожий

 – В городе клинки длинной больше локтя под запретом. Исключение только для знати, доблестных рыцарей и храмовников. Остальным надо печать ставить.

Ардал кивнул и двинулся внутрь города. За спиной раздалась пара облегчённых вздохов.

Сразу за воротами начиналась главная улица города, вымощенная камнем, который в некоторых местах треснул от времени, а кое-где и вовсе отсутствовал. То ли его убрали в надежде потом залатать повреждённый участок, то ли шаловливые руки жителей зачем-то решили разжиться старым камнем.

Сзади раздались нетерпеливые возгласы, и пришлось посторониться, пропуская вереницу телег, возницы которых со всем тщанием следили, чтобы не заехать в особо крупную дыру или щель. Пусть большинство выбоин и было засыпано мелкими камнями и песком, но людям всё равно приходилось идти осторожно, чтобы ненароком не свернуть ноги, а повозкам приходилось юлить и объезжать их, иначе это грозило сломанными осями и колёсами. Особенно туго приходилось тяжелогружёным подводам.

Вообще вид города не настраивал на позитивный лад. Некоторые из домов могли похвастаться первым этажом из камня, но вот большинство этих двух- и трёхэтажных домов были из дерева не первой свежести. Хотя некоторые хозяева старались поддерживать пристойный вид своих жилищ, это не могло скрыть, что город находился в упадке. Ардал мельком глянул в несколько проулков, отходивших в стороны, и снова убедился, что за время его отсутствия жизнь в мире стала не лучше, а наоборот.

Не помогали изменить это мнение и настороженные взгляды прохожих, что, завидев такого верзилу, пытались или перейти на другую сторону улицы, или проходили возле него, опустив голову, стараясь не встречаться взглядом, будто он, как зверь, был готов накинуться на них и отобрать последние скромные пожитки. А ведь это была центральная улица.

Пройдя несколько кварталов, Ардал оказался на просторной городской площади, размерами она напоминала о былом достатке и величии города. Здесь было оживлённо.

По правую руку от него располагалась таверна. Массивное здание в три этажа. Нижний, как и у большинства домов в этой части города, был из камня – наследия ушедшей Империи, – а вот остальные два этажа носили следы множественных переделок в последующие поколения.