Воин перехожий

Может, молитву? Хотя какой из богов здесь благоволил грабителям и разбойникам? Вот там, откуда вернулся Ардал для подобных этому нашёлся бы покровитель. Мощный удар ладонью снёс полголовы разбойника вместе со шлемом.

Ардал пронёсся мимо замершего в припадке бандита, подхватывая по пути выпавшее из непослушных рук копьё. Оно молнией пронеслось меж деревьев, пробило спину одного убегающего, оторвало от земли и, пронеся пару метров, пригвоздило к дереву, как какого-то жука.

Второй беглец обернулся на крик, только чтобы увидеть ужасающую кончину побратима, и с ещё большей скоростью, с криками и проклятьями, брызгая слюной, помчался сквозь лес.

Но в этот день удача была не на его стороне. Через всего десяток метров под ногу ему подвернулась нора, вырытая каким-то лесным зверем. Голень сломалась с сухим хрустом, и разбойник с воем и матом повалился вперёд, но попыток спастись не оставил и, хватаясь за траву, мох и корни, пополз прочь.

Сзади раздались размеренные шаги – его преследователь никуда не торопился, – и разбойник замер.

Поворачиваться не стал, продолжал смотреть вперёд, будто до самого конца он верил, что вот-вот, ещё чуток, и в этот раз повезёт. Как и раньше его обойдёт та цена, которую платят все, кто занимается тем же ремеслом, что и он.

Ардал подошёл, опустился на колено рядом с разбойником. Тот замер, дрожа и обливаясь потом от страха и боли. Удар кулака смял затылок, вбивая размозжённый череп в мягкий лесной ковёр.

На всё преследование ушло минуты полторы, и когда он вернулся, то замерший столбом молодой разбойник, продолжал стоять, будто, если он не двинется, то чудовище его не заметит.

Ардал приблизился. Юнцу едва ли исполнилось пятнадцать зим. Таким в роду Ардала и с гор спускаться не разрешали, чтобы неподготовленные они по чём зря не гибли в мире, а главное, не позорили род безвестной смертью. В глазах молодого разбойника стояла мольба, просьба пощады, но ответом ему послужил взгляд серых, будто выцветших глаз. В них не было ничего: ни злости, ни радости, ни горячки боя.

Не было в них и жалости.

Резкий удар. Юнец и не увидел его. Только хруст костей, а затем – тьма и тишина.

Тело последнего из разбойников упало к ногам Ардала.

***

В лагере всё ещё раздавались предсмертные стоны тех, кто продолжал цепляться за жизнь, но с такими ранами оставалось им недолго. Звучало и нервное ржание лошадей, они прядали ушами и перебирали копытами, но сорваться с привязи не спешили.