Хозяйка приюта

Благодаря природной наблюдательности мальчик наконец приблизился к разгадке. Всем своим видом мисс будто давала понять, как велика пропасть между ней и всеми остальными. А предметы вокруг только усиливали это впечатление: помпезный трон, фарфор с золотыми узорами и живительно-изумрудный цвет платья; все это слишком контрастировало с простыми стульями, с белой посудой без росписи и со светло-серой формой воспитанников. Конечно, эти отличия можно было списать на признак огромного уважения или на обыкновенную иерархию.

Но чрезмерная выраженность этого неравенства не давала Томасу покоя. Ему почему-то показалось, словно мисс Редфелс возвышается не только над ними, детьми, как старшая, как преподаватель, а как будто она немыслимым образом возносится над всем миром. Том смутился: впервые он никак не мог объяснить собственные ощущения.

Когда девочка, прислуживавшая в то утро за столом, наполнила чашку с золотым ободком ароматным чаем, в глазах госпожи сверкнуло надменное удовольствие. Том это заметил, но, к несчастью, мисс Редфелс тут же поймала его взгляд.

– Кессиди, – произнесла она, растянув губы в улыбке, не обещавшей ничего хорошего, – кажется, ты забыла напомнить новенькому правила поведения за столом.

– Простите, мисс. На это совсем не хватило времени, – девочка понуро опустила голову.

– Она не виновата, – вмешался Томас, желая хоть как-то исправить положение. – Что до этикета, полагаю, я и так с ним знаком.

В глазах красивой госпожи запылали опасные огоньки.

Мальчику даже сделалось дурно.

– Правило первое: не перебивать, когда говорят старшие! – тщательно выговаривая каждый слог, произнесла мисс Редфелс. – Правило второе: всякому благочестивому ребенку за столом надлежит заниматься своей порцией, а не глазеть по сторонам! Ты же благочестивый мальчик, Томас?

Том ощутил давящую безвыходность. От него ждали один единственный ответ, и о возражениях не могло быть и речи.

– Да, мисс. Простите, – мальчик смиренно опустил взгляд в тарелку, уподобившись остальным.

– Прекрасно, что ты схватываешь на лету, – голос мисс Редфелс обрел прежнюю мягкость.

В тот день Томас более не рискнул искать приключений на свою голову, стараясь никак не выделяться. Поэтому он даже не спросил мисс Редфелс о своих родителях и о том, как попал в приют. Более того, первое впечатление, произведенное блистательной госпожой, породило в его голове мысль о побеге. Но сперва Том решил получше разведать обстановку.