Тень ягуара

Пенья уставился ему в переносицу. Такой взгляд подчиняет человека.

– Как звать?

– Кассиу Жуан Амарал Бонилья, сеньор, – мужчина слегка поклонился.

– Где второй?

– Пошёл за вами, сеньор, но мы с этим индейцем его опередили.

– Держи язык за зубами, ясно. И тому, кто был с тобой, передай.

Работяга снова поклонился.

– Конечно, сеньор капитан.

И так ясно, слух о гибели брата начальника местной жандармерии скоро распространиться по всему Сан-Мигелю. Открыто, конечно, никто ничего не скажет, но шептаться будут обязательно.

– Показывай дорогу, – обратился Пенья к соплеменнику на гуарани.

Четверо жандармов с индейцем залезли в патрульный джип.

На место подъехали через полчаса. Индеец сказал, что дальше пешком.

Жандармы покинули машину и, включив фонари, проследовали в чащу за проводником и шефом. Ещё час продирались через ночные заросли, несмотря на то, что шли по тропинке. Вышли на окружённую тростником полянку. Из зарослей бесшумно возникли три воина гуарани.

– Где?

Один из индейцев медленно повернулся и протянул руку чуть в сторону и вниз.

– Останьтесь здесь, – приказал Рик жандармам и посветил в указанном направлении.

Луч фонаря выхватил на траве шагах в десяти бесформенную кучу. Рик подошёл ближе. Следом бесшумно ступает индеец. Ноги стали ватными.

Рассмотрев кучу, Пенья громко и протяжно вскрикнул. Сел на корточки рядом с телом. Ничком лежит иссохшая серая мумия в знакомой накидке. Голова повёрнута в бок. Правая рука вытянута вперёд, словно умерший пытался до чего-то дотянуться, но не смог.

На крик подбежали жандармы, и остолбенели.

– Матерь Божья! Он будто умер несколько лет назад! – ахнул побелевший Мигел.

– Я ж видел его в прошлом месяце, – пробормотал такой же бледный Гильерме.

Жандарм отхлебнул бренди и протянул фляжку шефу. Рик сделал огромный глоток.

– Дай и нам, – попросил Ренату.

Они с Мигелем глотнули спиртного.

Полная луна выглянула из-за облаков и осветила полянку. На мундирах блеснули значки жандармерии Параны. Подошли индейцы.

– А где… его ягуар? – спросил Пенья.

Хорошо, подчинённые не понимают, для них вопрос прозвучал бы совершенно по-идиотски.

Индейцы переглянулись.