Острова блаженных

 – Но то не сложилось, значит плохое было. Надо новое. Слушай, – вдруг он взял деловой тон, – у меня родня сейчас. У мой прадед есть три сын. Один – мой дед. У каждого есть еще сын и дочь. Это все братья и сестры мой дед, так?

– Так, – поддакнул Вячеслав. Странно: зачем Саркису понадобилось разворачивать перед ним свое генеалогическое древо?

– Вот! У брат и сестер мой дед есть сын и дочь. Все эти сын и дочь – брат и сестра, так?

– Допустим, – сказал Вячеслав, глубокомысленно поглаживая бороду.

– Они все – мой дядя и тетя, так?

Вячеслав кивнул.

– У мой дядя есть дочь. Как назвать?

– Это ты у дяди спроси, только поздновато уже, – пошутил Вячеслав.

– Дурак! – Саркис в шутку ткнул Вячеслава пальцем под ребра, ребро чудом не треснуло. – Я спрашиваю, как назвать ее? Слово?

– Двоюродная сестра, кузина? – предположил Вячеслав.

– Вот! Кузина, нравится. – Саркис удовлетворенно кивнул. – Мой кузина Лиана сейчас у меня в гости.

– Почему просто было не назвать ее Лианой? – спросил Вячеслав.

– Э, друг, потому что родня – это важно.

Вячеслав не стал спорить. Про себя он считал, что все родственники – от лукавого.

– Лиана – хорошая, красивая, но умная слишком. Оттого грустная, прям как ты. Книжки читает. Много. Ей уже за тридцать, а она без мужа. Нехорошо. Дядя уже многих мужчин предлагал. Она не хочет, глупые, говорит. А ты как раз умный, понравишься ей. Вместе грустить будете. Может, посмотришь, э? Или побрезгуешь?

– А есть фотография? – без энтузиазма уточнил Вячеслав.

– Друг, я тебе что, фотограф, что ли?

– Ну, может, она у тебя в друзьях в «Одноклассниках»?

– Друг, посмотри на меня, да? Я на школьник очень похож? Какие «Одноклассники»?

– Да там люди твоего возраста сидят.

– Ай, друг, аккуратен будь. Это значит старый или молодой?

– В самом расцвете сил, – улыбнулся Вячеслав и примирительно потрепал Саркиса по плечу.

– Слушай, я людей вижу, – сказал Саркис. – Я знаю, ты хороший. Я тебя уважаю. Лиана – родня, хочу счастья ей.

– Ладно-ладно. Может, в гости ко мне зайдете тогда? У меня сто лет никто не бывал. Я тебя давно зову, вот и повод будет. – Вячеслав сказал это и сразу пожалел. Затея сомнительная, ради нее не хочется прибираться.