Три дня весны

– А… э… – прохрипел хозяин «десятки», глаза которого стали очень большими.

А у Пашки второй раз за утро ожили волосы на затылке.

Крылатая фигура развернулась, босые ступни с тяжелым «тумм» вмялись в асфальт. Скорбящий ангел, еще вчера сидевший себе преспокойно в Центральном парке, взмахнул раскрытой книгой, и ее страницы, то ли медные, то ли бронзовые, издали шелестящий звук.

Дядька пискнул, как придавленная мышь и бегом ринулся к подъезду.

Споткнулся, едва не полетел кувырком, но в следующий момент скрылся за дверью, из-за нее донесся утихающий топот.

– Э… здравствуйте, – сказал Пашка, ноги которого словно примерзли к земле.

Ангел склонил огромную голову, разглядывая мальчика с интересом, развернул крылья, точно красуясь. Помахал книгой еще раз, даже рот открыл, но ничего не сказал. Затем последовал мощный толчок, и обретший жизнь, научившийся летать памятник оказался в воздухе.

Пашка проводил его взглядом, а затем побрел обратно в сторону дома.

Он узнал, что хотел, а значит можно возвращаться.

Глава 2

– Ох, ты живой! – воскликнула бабушка, едва Пашка переступил через порог. – Господи! Я уж тут натерпелась!

– Да что со мной будет? – сказал он с натянутой улыбкой.

Пока шел обратно, решил, что про летающего над городом ангела ей не скажет. Понятно, что соврать не сможет, если бабушка спросит напрямую, но вряд ли ей придет в голову такой вопрос.

– Тут Анна Марковна звонила! – продолжила бабушка, нервно тиская носовой платок.

– То есть как звонила? – вмешался Пашка. – Что, телефон заработал?

Анна Марковна была подругой бабушки чуть ли не с девичьих времен – они приехали в Тольятти одновременно на строительство АвтоВАЗа, работали в одном цеху, и на пенсии продолжали дружить, хотя жили вовсе не по соседству.

– Он зазвонил, я трубку взяла, поговорила, а потом все опять умерло. Не работает… Да, так вот она сказала, что у них все в порядке, и свет и вода, разве что Татищев по улицам на коне скачет.

– Какой Татищев? – не понял Пашка.

– Да Василий Никитич, то есть его памятник, – бабушка моргала растерянно. – Или ему? Ну на берегу стоит… или стоял… Носится по улицам теперь… Ерунда какая-то, розыгрыш наверняка…

Если бы Пашка не встретил Скорбящего ангела, он бы подумал, что у Анны Марковны что-то случилось с головой.