Солнце цвета стали

Солнце поднялось, из него, точно из дыры в Муспелльхейм, полился нестерпимый жар. Но, несмотря на это, черный камень гробницы остался холодным, словно покрытый темным налетом лед.

Положенная на него ладонь вскоре начинала неметь.

Статуи вблизи выглядели еще уродливее. Изображали они крылатых людей в ниспадающих одеждах, но вместо лиц виднелись уродливые звериные морды, а волосы им заменяли перья. В руке каждый из крыланов держал меч.

– Как бы они стражами не оказались, – сказал Ивар, вглядываясь в закрытые глаза ближайшего изваяния.

– Только там ребята помельче были, – рыжий викинг смерил взглядом каменный клинок, длиной превосходивший человеческое тело. – Если таким мечом ударить, то мокрого места не останется. Уж пусть это будут просто украшения.

Не поленившись, они обошли всю гробницу, и обнаружили два совершенно одинаковых входа.

Врезанные в камень полукруглые арки располагались в противоположных сторонах нижнего яруса, и за ними лежала тьма.

– Хватит ли у нас факелов? – возвращаясь к своим, бормотал Нерейд. – А то я жуть как не люблю бродить в темноте. Пауки, крысы, брр…

Услышав о двух входах, конунг остался спокоен, а вот Арнульф растерялся.

– Как же так? – сказал он, моргая белесыми ресницами. – И куда же нам идти?

– Разобьемся на два отряда, – после некоторого размышления сказал Хаук, и вопрошающий взгляд его уперся в Ивара.

Тот испытал острое желание провалиться сквозь землю.

Но та не поспешила расступиться под ногами, и вскоре Ивар оказался во главе отряда из восьми человек.

– Вы берете на себя южный вход, – сказал конунг. – Если выйдете наружу первыми, ждите нас до заката, и только потом идите за нами. Даст Харбард, мы еще встретимся.

И, развернувшись, Хаук зашагал прочь. За ним, смеясь и переговариваясь, побрели воины его отряда. Ивар посмотрел вслед конунгу, и в душе его заворочались нехорошие предчувствия.

– Пошли, что ли? – нетерпеливо спросил Вемунд, взмахивая секирой так, что загудел воздух.

– Пошли, – вздохнул Ивар.

Когда они окунулись во тьму, точно в густую холодную жидкость, то неприятная щекотка пробежала по коже.

Ивар шел первым, держа в одной руке факел, в другой – обнаженный меч. За спиной топали соратники. Пламя внутри гробницы горело как-то робко, с треском и шипением, бросая свет лишь на несколько шагов вперед.