Миросотворение

И даже не из-за той встречи с высшим вампиром, которую Беатрис с трудом пережила. Просто девушка привыкла к чужой вере, впитала ее, словно щепотки соли. Стала воспринимать как нечто такое, что было от самого рождения.

Верующие в сказку расы, а Миросотворение это подтверждало, не могут быть плохими.

– Я думаю, нам пора, иначе не успеем, – напомнил паладин.

– Прости, я что-то загляделась, совсем забыла, – извинилась эльфийка, выбираясь из-под плаща. От его тепла вкупе с теплом овечьей шубки тело сделалось горячим.

Беатрис почувствовала проступающие на спине капельки пота.

– Ничего-ничего, я вообще не хочу…

– Так! Пойдем, – жена ухватилась за мужа. – Даже не думай, Себ. Ты мне обещал.

– Помню-помню, – хмуро, с тревожностью ответил он.

Супруги, обсыпаемые и снегом, и звонкими голосами горожан, перешли мост и не спеша, перекрывая чужие следы своими, побрели по Знатному району, где больше всего пахло карамелью и ванилью. Кондитерские лавки стояли на каждом шагу, и возле них толпился радостный народ.

Людские дети, точно шаловливые малютки брауни, носились вокруг родителей, играли в салки, кидались снежками. Влюбленные пары, не боясь мороза, забывая о строгих нравах, наслаждались поцелуями и поцелуями настолько страстными, будто они были последними.

И Беатрис почувствовала жажду. Ей тоже захотелось поцеловать мужа. Она бы, позабыв о приличии, сделала это, но перед ними вдруг пронеслась вереница детей.

Одни – в красных колпаках, а другие – в блестящих, изумрудных.

В итоге оказалось, что это были никакие не дети, а гномы и гоблины.

– Мы этим дарили? – прозвенели гномские голоса.

– Неее, этим не дарили, – проскрипели гоблины.

– Поди, дарили.

– Мы помним.

– Ой, да у вас память не такая длинная, как нос!

– А ваша вся в бороду ушла!

Себастьян и Беатрис переглянулись и рассмеялись.

– В общем, – старший гоблин сотворил поясной поклон, – это вам, госпожа эльфийка.

Закутанные в шерсть руки зеленокожего гоблина зарылись в мешке, вытянув оттуда нечто шарообразное и объемное.

Гоблин вложил подарок в ладонь Беатрис, и когда она ее раскрыла, то увидела сделанную из шишки совушку со стеклянными глазками.

– Ой, спасибо…

Гномы же обступили Себастьяна:

– А вам, господин, полагается вот что.

В руке Себастьяна оказался крошечный, не больше скорлупки от грецкого ореха, но тщательно детализированный оловянный грифончик.

– Ого… Ну вы и угадали…

Беатрис рассмеялась.